Давно за полночь. Все спят. Кроме Рида – сейчас его очередь нести стражу.

Я бесшумно поднялась с лежанки. Знаком попросила часового не шуметь. Подошла к Нэйлу. Парень безмятежно спал. Положила руку пациенту на лоб. Прислушалась… Что ж, я сдержала слово, за пару дней вылечила человека виконта. Конечно, ногу Нэйлу лучше не напрягать, шину снимать пока рано, и ходить в ближайшую неделю парень может только опираясь на трость… Но все, что могла, я сделала. Мое отсутствие не скажется сильно на скорости выздоровления воина.

Когда возвращалась к своей постели, будто невзначай коснулась плеча часового. Рид сразу обмяк, глаза его закатились. Я помогла мужчине опуститься на землю. Усадила спиной к дереву.

Бросила взгляд на Шейрана. Бесшумно выдохнула. Слава Триединому, коршун не проснулся. Больше всего я боялась, что виконт застанет меня с поличным.

Я чувствовала бы себя гораздо спокойнее, если бы и Ферта погрузила в сон. Вот только сомневалась, что у меня это получится. Не знаю, какие тайны скрывает коршун, но он вряд ли окажется легкой добычей для такой ведьмы‑недоучки, как я. Лучше не рисковать.

К тому же я и так опустошила свой резерв почти наполовину…

Вытащила из‑за сапога Рида нож, переложила к себе. Сняла с пояса воина фляжку. Срезала кошелек… Ощущения, будто извалялась в грязи. Сколько ни убеждала себя, что услуги целителя нынче дороги, что если бы не я, Нэйл мог потерять ногу, а то и саму жизнь, – все равно на душе было тошно.

Так же бесшумно я вернулась к своей лежанке, забрала плащ. Напоследок подхватила полупустой холщовый мешок, в котором остались четверть окорока, полбуханки хлеба и шесть яблок. Окинула напоследок взглядом спящий лагерь и нырнула в лесные заросли.

Мое исчезновение должны заметить часа через полтора – тогда как раз придет время менять часового.

Признаюсь честно, была мысль позаимствовать еще и лошадь. Но от этой идеи пришлось отказаться. Девушка в одежде с чужого плеча верхом на боевом коне привлечет слишком много внимания.

По дороге путешествовать слишком опасно, можно стать легкой добычей лихих людей или баронских воинов. Да и куда меня эта дорога приведет?.. Либо в столицу провинции. Либо обратно к барону. Ни в одно из этих мест мне не надо.

Еще до свадьбы я думала попытать счастья в городке, расположенном от нашей деревни в другой стороне, нежели Грейден. Но сейчас пришла к выводу, что это была не лучшая идея.

Одинокой девушке в городе не выжить. Она или скоро погибнет, или попадет в зависимое положение. Тогда лучше было остаться в Заречном, там меня хоть немного уважали.

По правде говоря, я сама не знала, куда податься.

Если бы кто‑то меня спросил, о чем я больше всего мечтаю, чего хочу, я бы сказала – уединенно жить в избушке в чаще леса. Ни от кого не зависеть. И не видеть других людей.

Вот только я отчетливо понимала: это невозможно. Избушку сама себе построить не смогу. Как и из воздуха сотворить теплую одежду, инструменты, посуду… Да много чего нужно! Я, конечно, могла бы соорудить шалаш и просидеть в нем пару месяцев, но потом наступят холода, и суровую местную зиму я даже при помощи магии вряд ли переживу. К тому же земля, на которой раскинулся лес, кому‑то принадлежит. А люди даже в самую дремучую чащу рано или поздно забредают.

Одинокой девушке в лесу не выжить.

Одинокой девушке не выжить нигде! Даже если эта девушка – недоученная ведьма.

Но и плыть по течению, надеяться на милость Шейрана я не желала. Ясно ведь, Ферт не тот человек, который может приютить сиротку без какой‑либо выгоды для себя, по доброте душевной.

В Эрлии мне делать больше нечего. Я чересчур выделяюсь на фоне местных жителей. В провинции слишком сильно не любят одаренных.

Наверное, мне стоило уйти сразу после того, как я похоронила Отху, но у меня была крыша над головой, огород, кое‑какое хозяйство, а еще пациенты. На то, что меня недолюбливали деревенские, я закрывала глаза. Ценила дом, в котором жила, понимала, что найти новый будет очень непросто. Скорее всего, если бы не Фирдан, я бы так и осталась в Заречном, не решилась отправиться в путь.

Одну истину я уяснила с детства. Мне нужно держаться как можно дальше от крупных городов, от имперских солдат и чиновников. Единственное место, где я могла бы чувствовать себя в безопасности, – это Мерниан. И пусть я никогда не была в этой горной стране, но там у меня должны были остаться родственники, там я сошла бы за свою, по крайней мере, внешне.

Вот только в Мерниан мне не попасть. Никак. Никогда. И хотя до границы лишь пара сотен эрлайских верст, или двести с небольшим имперских километров. Неприступную стену из гор мне не преодолеть. Бессмысленно и пытаться.

В Мерниан ведет лишь один перевал, который сторожит мощная крепость. Других проходов нет, со всех сторон страну окружают горы. В противном случае Рианская Империя давно бы завоевала единственное независимое государство на континенте. Я знала, что имперцы трижды пытались захватить Мерниан и всякий раз обламывали зубы.

Единственную дорогу к перевалу сторожат имперцы, и мимо них мне не пройти. Моя персона обязательно вызовет интерес. А там… ничем хорошим для меня это не закончится.

Так что я решила попытать счастья в другой провинции. Там, где к одаренным относятся лучше, там, где ведьм не сжигают на кострах. Надеюсь, мне повезет и удастся найти деревенскую знахарку, которая приютит меня, у которой я смогу чему‑нибудь научиться.

Знала, мне придется нелегко, и я не раз пожалею, что решила отправиться в путь. Но… Я ведь сильная! Я столько всего пережила!.. И с этим как‑нибудь справлюсь.

За полтора часа я не смогу уйти далеко ночью по незнакомому лесу. Но я надеялась, что Шейран все же не отправится за мной в погоню. Не знаю, что у виконта за дела, но он явно оказался в этих краях не потому, что разыскивал одну рыжую девчонку. Теперь в этом я была уверена.

Если бы Ферт знал, кто я такая, если хотя бы подозревал… В зависимости от того, кому он служил, либо перерезал мне горло, либо постарался как можно быстрее доставить в Артанию и относился бы ко мне с большим почтением.

Ночной лес жил своей жизнью. Перекрикивались птицы, где‑то в отдалении выли волки. Вот кого я точно не боялась, так это волков. Сказывалась моя ведьмовская природа, со всяким зверьем я легко находила общий язык. Людей я опасалась гораздо больше.

Прошло уже около получаса. Я уверенно продвигалась через лесные заросли на северо‑восток, решив, что в столице мне делать нечего и лучше выбираться из Эрлии посуху.

Напряжение последних дней начало отпускать меня. Пожалуй, впервые за всю жизнь я почувствовала себя свободной и независимой. Сейчас моя судьба была в моих руках.

Я остановилась. Закрыла глаза. Глубоко вдохнула свежий, пахнущий лесными травами воздух и счастливо улыбнулась. Уже забыла, когда мне было так хорошо. Разве что в детстве до того, как…

– Алана! – раздался окрик у меня за спиной.

Этот голос я узнала бы из тысячи.

Не стала оборачиваться, не стала ничего говорить. Сорвалась с места и побежала.

Неслась не разбирая дороги. Перепрыгивала через упавшие деревья, продиралась через кусты. Дважды падала, но тут же вскакивала и бросалась бежать. Я потеряла мешок с едой, разодрала в клочья плащ, в кровь исцарапала руки, которыми закрывала лицо от колючих веток. Но все равно далеко не убежала.

Хищник в обличье человека все же настиг меня, когда я перелезала через поваленное дерево. Сдернул вниз. Навис надо мной, опираясь руками о землю.

Шейран лишь слегка запыхался, я же дышала, как загнанный зверь.

– А ты быстро бегаешь, олененок. – В глазах мужчины плескались плохо сдерживаемая ярость и азарт охоты.

Запоздало я поняла, какую ошибку совершила. От коршуна, когда он напал на след, не скрыться. А так я лишь распалила его…

– Ты обещал отпустить меня, когда вылечу Нэйла, – хрипло прошептала я.

– Обещал? Да. Но я ни словом не обмолвился, когда именно собираюсь это сделать, – сверкнул в темноте белоснежной улыбкой Шейран.

В спину больно упирались камни и опавшие ветки.

Не вывернуться, не убежать. Я даже руку и ту поднять не могла.

– Но… как?.. – пробормотала я. – Сволочь! Гад!.. Ты использовал меня! Разыграл втемную. Как ты?.. Я тебе не вещь! Не рабыня! Не игрушка!

– Нет. Ты маленькая дрянная воровка.

Черт! Он знает…

– Я не… – а вот не буду оправдываться! – Тебе не кажется, что деньги я честно отработала?!

– О да! – хмыкнул виконт. – Ты немного помогла Нэйлу. Но все эти дни ела мою еду, носила мою одежду, ехала на моей лошади. Не говоря уже о том, что если бы осталась в замке, долго бы не прожила.

– Я не просила брать меня с собой!

– Тебе и не нужно было. Я привык сам принимать решения. Брать то, что мне нравится.

– Ах ты!..

Дотронулась рукой до затянутой в узкую брючину ноги мужчины.

Короткое заклинание. Всего несколько слов, произнесенных мысленно. Четко направленный импульс силы…

Заклинание сна буквально стекло с Шейрана. Я увидела это. Почувствовала.

Виконт даже не пошатнулся. Лишь моргнул, а затем желчно усмехнулся:

– Так вот каково твое тайное оружие?

Активировала заклинание снова. Результат аналогичный. Ничего не произошло. Ни‑че‑го!

Ошарашенно молчала. В голове не укладывалось, как такое могло произойти, почему магия не подействовала на Ферта.

– А я все гадал, что бы ты выкинула, если бы старый барон решил воспользоваться правом первой ночи, если бы не передал эту сомнительную привилегию мне, – скривил губы мужчина. – Ты ведьма. Пусть далеко не самая умелая и сильная, но ты не беззащитна, у тебя должен был быть план. Ты не легла бы покорно под старика. Ты бы его просто усыпила… Но со мной этот номер не пройдет.

Шейран вдруг впился в мои губы. Властно. Грубо.

И тогда я ударила. Выплеснула весь страх, ненависть и боль, что копились во мне последние годы.

Будто неведомая сила сдернула Ферта с меня. Виконт взлетел в воздух. Пронесся спиной назад добрых десять метров, с треском прорубая телом просеку через кусты. Ударился о ствол могучего дуба и сломанной куклой рухнул вниз.

Что я?..

Как я?..

Я понятия не имела, что только что сделала!

Пару минут я завороженно смотрела на сломанные ветки кустов и тело Шейрана, лежащее у подножия дуба.

А потом голову словно молнией пронзило. Боль была такая острая, такая всепоглощающая, что, кажется, я закричала… Пытка длилась вечность или всего несколько секунд. Затем на меня блаженным саваном опустилась темнота.

 

Шейран открыл глаза.

Осторожно пошевелил руками, ногами… Вроде ничего не сломано.

Медленно, морщась от боли, приподнялся на руках. Встал на колени. Затем с невероятным трудом поднялся на ноги. Привалился спиной к стволу дуба.

Ведьму Ферт увидел сразу. Она неподвижно лежала около поваленного дерева.

– А не хило меня девчонка приложила, – хрипло прошептал виконт. – Право, не ожидал.

Шейран все же недооценил Алану. Казалось, он изучил травницу за эти дни. Ан нет! Девушка все же смогла преподнести ему сюрприз. Да какой! Чудо, что он шею не сломал, что все конечности целы. Повезло – отделался одними ушибами.

Регенерационные процессы работали в организме на всю катушку. Постепенно отпускала боль, возвращалась подвижность тела и ясность мыслей.

Мужчина подобрал с земли кинжал, который вылетел из ножен, пока Шейран выделывал кульбиты в воздухе. Хорошо, что меч императорский порученец оставил в лагере – с длинным клинком на поясе по лесу не побегаешь.

Доковылял до Аланы. Опустился рядом с ней на землю. Послушал дыхание и пульс. Приподнял веки… Зрачки у девушки оказались расширены. Белок приобрел характерный синеватый отлив.

– Нехорошо, – пробормотал Шейран. – Совсем нехорошо…

Алана вполне жива и здорова… в физическом плане. А вот в энергетическом все далеко не так оптимистично – налицо сильное магическое истощение. Крайне непредсказуемое состояние. И, как назло, ни одного мага поблизости, который помог бы выбраться девушке из состояния, в котором она оказалась. Алана может прийти в себя через час или через несколько дней… или так и не очнуться вовсе. И чем дольше травница будет без сознания, тем тяжелее могут быть последствия.

На ноги мужчина поднялся без видимых усилий. Подхватил девушку и быстрым шагом направился в сторону поляны, где отряд остановился на ночлег.

Было удивительно тихо, казалось, все живое вокруг вымерло. Стычка Шейрана с Аланой и последовавший за этим магический всплеск заставили лесных обитателей затаиться.

Вдруг в отдалении раздалось испуганное лошадиное ржание. Шейран замер. Весь обратился в слух… Секундой позже он различил звон стали. Доносились тревожные звуки со стороны лагеря.

Беззвучно выругавшись, Ферт опустил девушку на землю и стремглав бросился к стоянке.

Когда мужчина добрался до лагеря, схватка была в самом разгаре.

Трое воинов, встав в круг, с трудом сдерживали натиск отряда, превосходящего их по численности в пару раз. Еще двое баронских прихвостней крутились поблизости с арбалетами на изготовку.

Появления Шейрана из зарослей никто даже не ждал. И лорд воспользовался эффектом неожиданности сполна…

Длинный кинжал из орсинской стали легко вспорол кожаный доспех и глубоко вошел в бок стрелка. Виконт вырвал из рук эрлайца арбалет. Навел на второго стрелка и нажал спусковой рычаг. Болт вонзился в грудь баронского воина.

Ферт швырнул разряженное оружие в мечника. Тяжелый арбалет с грохотом врезался в шлем, закрывающий голову воина. Эрлаец пошатнулся. Марк тут же разрубил воина секирой пополам.

…Минус три.

Еще один арбалетный болт вонзился в глаз баронского прихвостня. Это уже Тони постарался.

Шейран ударил кинжалом под лопатку эрлайца. Увернулся от меча другого воина.

…Минус пять.

Полоснул клинком по незащищенному запястью. Колено впечатал в пах. Противник выронил меч, рефлекторно согнулся… И тут же рухнул как подкошенный, пытаясь зажать страшную рану на шее.

Кайред и Марк одновременно отправили к праотцам двух баронских воинов. Ирден тяжело ранил еще одного.

…Минус восемь. С половиной.

Никто не ушел. Все было кончено.

– Все‑таки достали, твари! – в бессильной ярости прорычал северянин, склонившись над телом Нэйла.

Марк не случайно организовал оборону в этом месте, он пытался прикрыть раненого Нэйла и Тони, который, может, и неплохой стрелок, но в открытой схватке не выстоит даже минуты. Вот только противников оказалось слишком много…

Мертвенно‑бледное лицо Нэйла искажала болезненная гримаса. Руками воин пытался зажать страшную рану на животе.

Ферт сразу понял: парня не спасти. С такой раной не каждый опытный целитель справится, не то что какая‑то деревенская ведьма. Тем более что самой ведьме сейчас нужна помощь.

– Где девчонка? – вдруг спросил Тони.

– Она не поможет, – сказал Шейран, опускаясь на колени рядом с Нэйлом.

– Дрянь! Все же убежала!

– Шаршах!.. – из горла Ферта вырвался полурык‑полухрип. – Заткнись, сделай милость!

Помощник благоразумно замолчал.

– Командир!.. – выдохнул Нэйл. На губах парня пузырилась кровь. – Прости… что подвел.

– Тебе не за что просить прощения, – качнул головой Ферт. – Это я должен. Плохой из меня вышел командир.

– Нет… ты не… – Парня скрутила предсмертная судорога. Он несколько раз дернулся, а потом затих.

Ферт закрыл глаза Нэйлу, прошептал короткую молитву. Затем медленно поднялся с колен.

Оглядев хмурых подчиненных, Шейран спросил:

– Где Рид?

– Там, – Марк махнул рукой в сторону трех вповалку лежащих тел, – поймал арбалетный болт. Нет больше Рида.

Шейран закрыл глаза и мысленно выругался. За одну ночь он потерял двоих воинов.

– Раненые? – сухо спросил Ферт.

– Руку задели, – вздохнул Ирден, опасаясь смотреть в глаза виконту. Левый рукав эрлайца потемнел от крови.

– Остальные?

– Нормально… – пророкотал северянин. – Ничего серьезного.

– Так, Марк, поймай и успокой лошадей. Тони, займись рукой Ирдена. Потом присоединишься к Кайреду – надо выкопать могилы. А я пойду потолкую с пленником, пока тот еще не подох.

С раненым баронским воином у Шейрана состоялся короткий разговор. Воин и не думал запираться, рассказывал все как на духу. Запинался, заикался, но слова лились из него непрекращающимся потоком.

Так Ферт узнал, что Нильгрейд все же напал на его след. И помог в этом, как ни смешно, сам виконт. Не стоило ему отправлять Ирдена и Кайреда в трактир. Пусть оба воина и были эрлайцами, но никто из местных жителей их не знал, неудивительно, что они привлекли к себе внимание. А потом стражники вспомнили, что видели этих двоих в разношерстной компании наемников. Что остальные наемники, похоже, родом из других провинций, что в отряде были темноволосые и смуглокожие имперцы. А еще вместе с ними путешествовал закутанный в плащ с ног до головы подросток неизвестного пола.

Десяток воинов послали проследить за странными чужестранцами. И вот к чему это привело.

То, что на лагерь напали ночью, как бы цинично это ни звучало, можно было назвать удачей. Гораздо хуже было бы, если бы десятник предпочел отойти за подкреплением. Но командир воинов решил, что путники нападения не ожидают и двукратный численный перевес в этом случае станет решающим фактором.

– Собирайтесь. Сразу после похорон уезжаем… – сказал Шейран своим людям. – Когда десяток эрлайцев к полудню не вернутся в гарнизон, на поиски пропавшего отряда вышлют людей. И найдут. В этот раз нам погоню стряхнуть с хвоста не удастся.

– Что делать с лошадьми эрлайцев? – спросил Марк.

– Отпусти. Куда‑нибудь да выйдут… – вздохнул Шейран. – Мне надо отойти на несколько минут. Скоро вернусь.

Алана лежала под раскидистым кустом – там, где виконт ее и оставил. Ничего за полчаса с девушкой не произошло. Состояние травницы было без изменений. Она так и не пришла в себя.


Подписка на новости
Для подписки на новости введите свой email и нажмите кнопку "Subscribe"


Автор в социальных сетях
Купить электронные книги
Сказать Автору «СПАСИБО»

Эл. кошелек. 410011113854539

Эл. кошелек. +79166528891

mizarar@gmail.com