Рийна Ноорваль

 

16–20 день Карэль‑лин 223 года от О.В.

 

Только после того, как полувампир скрылся за валунами, я облегченно вздохнула. В какой‑то момент мне показалось, что он набросится, если не на меня, то на эльфа точно…

Упала перед парнем на колени. Эльф признаков жизни не подавал: лежал, не шевелясь, глаза закрыты, лицо бледное… он даже не дышал! Но ведь Джаред не стал бы рисковать, чтобы вытащить покойника из воды. Значит, еще секунд тридцать назад принц был жив!

Неужели время упущено? Неужели я опоздала?..

Грязно ругался Ррэко. Похоже, блохастый компаньон, находящийся за тысячи километров от меня, тоже понятия не имел, как оказывать помощь утопающим. Причитания рыси отнюдь не помогали, не давали сосредоточиться, мешали думать…

«Если не можешь помочь, заткнись! – рявкнула я. – Не мешай!»

И Ррэко, слава богам, послушался, замолчал.

Положила голову на грудь принца. Сердце бьется! Медленно, еле слышно, но все‑таки бьется. Скорее всего, Эрайн просто наглотался воды.

Встряхнула парня. Несколько раз ударила по щекам.

Без толку.

Я понимала, что все делаю не так, не правильно, что драгоценное время, как песок, утекает сквозь пальцы…

Помочь сейчас смог бы, разве что, полувампир. Да только, я была твердо уверена, стоит Джаду приблизиться к принцу, как самообладание покинет вампира‑полукровку и вместо того, чтобы спасти Эрайна, он выпьет из него жизнь.

Но что же делать?!

Думай, Ри, думай! Вспоминай!

Перевернуть на спину и попытаться вызвать рвоту?.. Или, кажется, я что‑то слышала про искусственное дыхание?..

Я попыталась открыть рот принцу и натолкнулась на неожиданное препятствие. Присмотревшись, поняла, что ноздри и рот принца затягивает прозрачная, практически невидимая пленка.

Какого Хайдаша?!

Легонько подцепила пленку ногтями, та, к моему удивлению, легко поддалась. Стоило мне только снять пленку, что сковывала губы Эрайна, как принц судорожно вздохнул, надсадно закашлял и открыл глаза.

– Слава Такиме! – вырвалось у меня.

«Молодец, Рийна!» – тут же похвалил меня Ррэко.

«Не мешай!» – мысленно огрызнулась я.

Быстро удалила пленку, закупорившую ноздри принца.

– Пить! – прохрипел парень и опять закашлялся.

– Что с тобой случилось? Откуда эта пленка? – спросила я, когда Эрайн утолил жажду.

– Там, под водой… А где этот? Ну, твой?.. – спохватился лоэл’ли.

Боги, как меня достало, что эти два идиота стараются не называть друг друга по именам и, по возможности, всячески игнорируют друг друга. И это еще Джаред не знает, что Эрайн принц, а эльф не ведает, что его новый знакомый наполовину вампир. Что будет, когда правда откроется, мне даже страшно представить.

– Этот мой, между прочим, спас тебе жизнь! – огрызнулась я. – И зовут его Джаред.

Ушастый от моих слов только отмахнулся.

– Поблагодарю его позже. Так, где он?

– Пошел прогуляться.

«И, надеюсь, в ближайшее время не вернется», – добавила я про себя. То, что я нахожусь на крохотном кусочке суши вместе с голодным вампиром, меня несколько беспокоило. Хотя я и была практически уверена, что если Джаред сумел совладать с собой в первые секунды, то нападения с его стороны можно не ждать.

– А… Он сильно ранен?

– В отличие от тебя, отделался всего несколькими царапинами.

Не говорить же эльфу, что бедро Джареда украшала ужасающего вида рана и, когда мужчина уходил, он довольно сильно прихрамывал. Другие раны на его теле серьезными не выглядели, но и царапинами я бы их не назвала… Джад от своей матери унаследовал многое, в том числе и невероятную, удивительно быструю регенерацию. А раны, которые нанесли ему морские твари, даже для человека не выглядели смертельными.

– Ты уверена? Мне показалось…

– Уверена! Занимайся лучше своими ранами.

Эльф вытащил из заплечного мешка баночку с мазью и мокрые бинты. Раздраженно поморщился и глухо выругался. В ответ я нервно рассмеялась. Напряжение последних нескольких минут, наконец, стало отпускать меня…

– Что?!

– Да так. Ничего, – я опять хихикнула. – Логично было бы предположить, что после купания бинты будут мокрыми.

Принц благоразумно промолчал.

Эрайн медленно водил руками над своими ранами, что‑то еле слышно по‑лоэльски бормотал, затем аккуратно, морщась и шипя от боли, втирал мазь. К слову, серьезных ран на теле принца не было, так неглубокие укусы, которые под действием мази и лоэльского колдовства буквально на глазах затягивались, превращались в тоненькие ниточки свежих шрамов. Лишь пара ран выглядела более‑менее серьезно. Одна на боку, тут даже магия не помогла, не затянула рану до конца. Вторая – на эльфийской заднице.

В общем, больше пострадали одежда принца и его самолюбие.

До своей филейной части парень никак добраться не мог. И так изгибался, и сяк. Морщился от боли, ругался сквозь зубы – все без толку.

Я молчала и помощи не предлагала. Мне было безумно интересно, что же будет дальше.

– Ри, ты не могла бы мне помочь, – тихо сказал младший лоэльский принц. Лицо при этом у него было красным, а кончики ушей так и вовсе малиновыми.

– В чем именно? – включила дурочку я.

– Ты сама знаешь, – сквозь зубы произнес эльф.

– И все же я хотела бы услышать это от тебя. Если, конечно, действительно нужна моя помощь…

Парень закрыл глаза, глубоко вздохнул, а затем почти спокойно сказал.

– Ри, пожалуйста, помоги обработать рану… ту, что располагается у меня немного ниже спины.

Я усмехнулась и согласно кивнула. Слишком жестоко было бы требовать от принца большей откровенности в словах. Лоэл’ли они ведь такие высокомерные, спесивые и лицемерные!

Аккуратно втерла мазь в рану, затем направляла руку эльфа, когда он колдовал. А после того, как с лечением было покончено, не удержавшись, легко шлепнула по здоровой половинке задницы принца. И быстро, на всякий случай, отскочила в сторону.

Эрайн буквально взвился на ноги. Теперь не только кончики ушей были малиновыми, но и лицо, и шея.

Кажется, я немного перегнула палку, нервное перенапряжение сказывается… Впрочем, эльф меня не убьет. А обидится? Да хрен с ним! Будем считать произошедший инцидент маленькой местью.

– Да что ты себе!.. – начал парень и тут же осекся. – Хэйо аррито туаро! Откуда здесь столько этих тварей?!

А! Эрайн наконец‑то заметил несколько десятков угрей, что окружили остров.

В ответ я пожала плечами.

– Понятия не имею. Хорошо, что они на сушу не лезут… Теперь придется ждать, пока зарядится Кристалл, чтобы можно было телепортироваться отсюда. Иного пути покинуть остров не вижу.

Главное, чтобы Джаред смог продержаться под солнцем четыре часа. Да еще эльфа надо не подпускать к полувампиру все это время, что на таком крохотном островке сделать совсем нелегко.

– О, кстати! А ты этих тварей как‑нибудь перебить или разогнать не можешь? – спросила я Эрайна. – Ты же маг.

– Не могу, – покачал головой принц. – На этих гадин магия не действует. Более того, рядом с ними плетения искажаются, нити силы переплетаются, рвутся… Я пытался наколдовать себе возможность дышать под водой и в итоге чуть было сам не задохнулся.

– Так та пленка?..

– Да.

– Попали так попали, – пробормотала я.

– Мне кажется, интерес тварей к нам вызван искусственно, – сказал эльф. – Обычные хищники, поняв, что до добычи не добраться, вскоре бы разошлись. Во всяком случае, большая часть. Эти же твари либо наделены разумом, либо их что‑то или кто‑то на острове притягивает, либо они подчиняются чьим‑то приказам.

– Думаю, верно последнее утверждение, – раздался у нас за спинами голос Джареда. – К нам гости.

Я обернулась и увидела здорового, хотя и довольно потрепанного полувампира. Мужчина небрежно стряхнул с плеча белое перышко и указал на большую лодку, которая неспешно скользила по волнам к нашему острову. Уже сейчас можно было рассмотреть, что в посудине находятся пятеро ярко‑рыжих, внешне похожих на людей, существ. Я нисколько не сомневалась, что это и есть те самые мифический орол’шай.

– Похоже на то, – кивнула я.

Джаред протянул мне тубус с письмами и верительными грамотами. В ответ я только вздохнула. Вот и настало время примерить на себя роль посла эйсин.

– Райн, если что, прикрыть нас сможешь? – спросил бывший контрабандист у эльфа.

– Думаешь, дойдет до этого?

– Я должен знать могу ли рассчитывать на тебя.

Парень на долю секунды задумался, а потом нехотя, словно через силу сказал:

– Не знаю. Я довольного много сил потратил под водой, потом на лечение… К тому же, те твари блокировали и искажали мою магию, если у орол’шай есть что‑то подобное в запасе…

– Я понял, – перебил принца Джад. – Но все же держи пару‑тройку плетений наготове.

– И без тебя знаю! – огрызнулся Эрайн.

Пока мужчины выясняли отношения, я параллельно вела еще одну беседу.

«Ррэко, все забываю спросить, а ты сам когда‑нибудь видел орол’шай?»

«Нет. Я родился уже после того, как лоэл’ли закрыли наш материк от всего остального мира».

Ясно, значит, мой компаньон знает о хозяевах Огненных островов не намного больше меня. За то время, что гостила у эйсин, я успела прочитать пару книжек про эту расу.

«Думаешь, угри появились здесь не случайно?»

«Я не верю в такие совпадения. Тварей слишком много, и они невероятно агрессивны, упорны. Эрайн прав, если бы это были обычные хищники, они бы давно разошлись».

«Но как же так?! Орол’шай наиболее дружны со стихией огня. Вода же – стихия антагонист. Как они могут управлять морскими тварями?»

«Тут не все так просто. Огонь – это еще, отчасти, и энергия жизни. А потому орол’шай могут подчинять себе других существ».

«Только неразумных? – встрепенулась я. – Или же они…»

Слишком жива была в памяти недавняя история, когда я, по сути, оказалась марионеткой в руках одного подданного Арелины. Совершала дурные поступки, говорила что ни попадя, а потом сама же удивлялась собственной глупости… пока не узнала, что мной управляли.

Не уверена, что когда‑либо прощу за это эйсин, как, впрочем, и за многое другое.

«Вряд ли, – поспешил меня успокоить лиен. – Во всяком случае, до нас даже слухов о подобных способностях орол’шай не доходило. Чем более развито существо, тем сложнее им управлять… Но даже если орол’шай способны подталкивать разумных существ к тем или иным действием, в чем я сильно сомневаюсь, тебя это не коснется».

«То есть?»

«Я уже говорил, что тебя защищает наша связь. Если кто‑то попробует на тебя оказать какое‑то воздействие, я сразу это почувствую».

«И сообщишь мне».

«Да».

Джаред встал от меня справа, немного закрыв плечом, Эрайн прикрыл меня слева. Ну да, правильно, сейчас я самое слабое звено. Магии у меня нет, вампирской живучести и прочих штучек тоже. Артефакт еще не успел зарядиться.

Морские твари не только не нападали на лодку, но и старательно отступали от нее. Притом не похоже, что они боялись пришельцев, скорее, вели себя как верные шавки.

Хозяева Огненных островов приводили лодку в движение не иначе, как магией. На посудине не было заметно ни висел, ни шестов, ни парусов.

Я с любопытством разглядывала орол’шай. Рост и телосложение средние. Волосы слегка волнистые, длиной до плеч, рыжие (притом у всех одинакового оттенка). Черты лиц приятные, правильные. Глаза голубые, чуть раскосые. Кожа светлая. Одеты все без исключения в широкие рубахи и штаны, обувь у них, кажется, и вовсе отсутствует, как и какое‑либо оружие. Лишь у одного орол’шай, того, что стоял на носу лодки, рубаха подпоясана красным, плетеным поясом. Между собой пришельцы очень похожи, лишь немного отличаются телосложением и чертами лица. По людским меркам возраст существ я бы оценила как примерно равный – лет тридцать.

Мелькнула мысль, что совсем недавно я была довольно‑таки похожа, во всяком случае, издали, на орол’шай. Голубые глаза, рыжие волосы чуть ниже плеч. Но теперь моя шевелюра изменила цвет… Нет, не время об этом думать!

Лица у пришельцев какие‑то отрешенные. Ни агрессии, ни любопытства, ничего… Сразу вспомнилось, что, судя по книгам и рассказам Арелины, орол’шай крайне неэмоциональные существа. Но я не думала, что лица хозяев Огненных островов будут такими постными.

Когда до берега осталось около трех метров, лодка остановилась. Кольцо морских тварей вокруг острова уплотнилось так, что казалось, будто по телам угрей можно пройти аки посуху.

Интересно, только эльф не может колдовать, когда рядом с ним находятся угри? Или на магию орол’шай их питомцы никакого негативного влияния не оказывают?.. И нет ли в услужении хозяев Огненных островов каких‑нибудь других тварей? Крылатых или тех, что одинаково комфортно чувствуют себя и в воде и на суше?

Вопросы, вопросы… Не хотела бы я получить на них ответы.

– Кто вы такие и что делаете на нашей территории? – спросил по‑имперски, странно растягивая гласные, орол’шай с красным поясом.

На секунду я растерялась, и все заготовленные слова, вся отрепетированная речь вдруг почему‑то показались бредом собачьим. А что если орол’шай не поверят? Да и потом у меня все равно не получится говорить так гладко и велеречиво, как учила Арелина…

– Путники, – ответил вместо меня Джаред, – с весточкой от старых друзей.

– У нас не осталось друзей за пределами Огненных островов.

Полувампир легко толкнул меня в бок. Но я и сама уже поборола растерянность. Теперь я знала, что говорить и как себя вести.

Сделала небольшой шаг вперед, плечами раздвигая спутников.

– Даже на Тауре? – спросила я.

– Ты не можешь быть той, кем хочешь казаться. Эйсин и в былые времена не могли далеко удаляться от места сосредоточения своей силы.

– А я и не говорю, что принадлежу к расе эйсин, но четвертушка их крови во мне имеется.

– Да? – во взгляде орол’шай мелькнуло легкое любопытство.

– Да. Если быть более точной, то я прихожусь внучатой племянницей рэйе Арелине.

– Даже так? – теперь орол’шай рассматривал мне как какое‑то редкое растение, которое в принципе не могло появиться на свет.

– Так, – опять кивнула я.

– Насколько нам известно, эйсин всегда выступали против смешения крови с иными расами.

– Мой случай особый.

– Чем именно?

– Можно я покажу?

Легкий, плавный жест. Орол’шай мне милостиво дал разрешение.

Я вытащила из‑за ворота цепочку с Кристаллом. Будем надеяться, что Арелина не ошибалась, когда говорила, что орол’шай даже издалека поймут, какая сила заключена в этом камешке.

– Даже так? – опять повторил орол’шай, заинтересованности в его взгляде прибавилось.

– Да.

– Что привело в наши края… Хранительницу? – в голосе существа мне послышалось некоторое уважение.

– У меня с собой письмо рэйи Арелины. Думаю, там вы найдете ответы на большинство вопросов.

– Хорошо, – после небольшой паузы сказал орол’шай, – ты можешь передать его мне.

– Как?

Губы орол’шай украсила легкая улыбка, затем он сделал еле заметный жест рукой…

Вдруг один из угрей ловко, изгибаясь как змея, вскарабкался на скалистый остров и поспешил ко мне.

Я почувствовала, как вздрогнул Эрайн, как напрягся Джаред.

Почему мы все дружно решили, что тварей не стоит опасаться на суше?!

На змей эти создания все‑таки больше похожи, чем на угрей. Хорошо хоть, их укусы не ядовитые… Ведь не ядовитые?!

За Джареда я не волновалась, на истинных вампиров яды не действуют. А вот вид эльфа мне не нравился. Лицо, кажется, стало еще бледнее, на лбу выступила испарина. Да и ведет себя ушастый непривычно тихо.

Тварь остановилась в полуметре от меня. Подняла голову, раскрыла пасть, продемонстрировав набор острых, как иглы, зубов и зашипела.

Только усилием воли я не сделала шаг назад, не вцепилась в рукоять клинка. Один вид трехметровой твари, покрытой мелкими, черными, блестящими на солнце чешуйками пугал. Я девушка не впечатлительная. Пауков, крыс, змей, может, и не люблю, но уж точно не боюсь. Но в этой твари было что‑то особенно мерзкое и отвратительное.

– Положи тубус в пасть, – услышала я голос орол’шай.

С сомнением посмотрела на зубы твари.

– Лайши – умные создания. Ни тебе, ни бумагам сейчас ничего не грозит.

Ага, значит, этих тварюг зовут лайши. То ли это какая‑то местная фауна, то ли результат опытов орол’шай, но теперь навешивать на этих гадин ярлыки вроде «змеи» или «угри» вдвойне глупо.

– Позволь мне, – Джад выхватил у меня из рук тубус с письмами и быстро вложил ее в пасть лайши. Тварюга осторожно чуть сжала зубы, чтобы зафиксировать добычу, и заскользила к своим хозяевам.

– Спасибо, – тихо сказала я полувампиру.

Джад легко кивнул.

Предводитель орол’шай бегло просмотрел бумаги, а затем сказал:

– Хорошо, Рийна, мы отвезем тебя на остров. Светлейший, после того как прочитает письмо, скорее всего, захочет поговорить с тобой.

– А моих спутников?

Орол’шай окинул нашу компанию задумчивым взглядом, а потом кивнул.

– И твоих спутников.

Вдруг эльф покачнулся и, если бы я не подхватила его за локоть, непременно бы упал. Эрайн тяжело оперся на мое плечо, стоял на ногах он с трудом.

– Что?.. Что вы со мной… сделали? – хрипло спросил принц. Язык заплетался, голос дрожал.

– Мы – ничего, – спокойно ответил орол’шай.

– Лайши? – спросил Джаред.

– Точнее, их яд.

– Смер… смертельный? – с трудом выговорил эльф.

– Да, – без тени эмоции сказал орол’шай.

– Так сделайте же что‑нибудь! Помогите ему!

– Рийна, не кричи, – предводитель слегка поморщился.

– Простите, – я глубоко вздохнула. – Не могли бы вы как‑нибудь помочь моему спутнику?

Эрайн уже практически висел на моем плече.

– Зачем?

Я растерялась. Ну что за идиотский вопрос?!

– Возможно, ваш Светлейший захочет с ним поговорить.

– Сомневаюсь.

– А?.. Но?.. Райн же не сделал вам ничего плохого!

– Он лоэл’ли – просто сказал орол’шай, так, будто это все объясняло.

И это действительно объясняло многое. Эльфов на Тауре мало кто любил, но я не думала, что ненависть к этой расе распространилась так далеко за пределы материка.

– Так почему я должен ему помогать? – спросил орол’шай. – Или этот лоэл’ли что‑нибудь значит для тебя?

– Нет, конечно же, нет!

– Тогда не вижу причин.

– Но… он мой друг! – воскликнула я и поняла, что почти не соврала. После всего произошедшего ненавидеть одного конкретного эльфа я уже не могла.

– Друг?.. Любопытно.

– Вы видели письмо, – как‑то устало сказал Джаред. – Знаете, какая беда нависла над миром и какая задача стоит перед нашей командой. Если мы в самом начале пути потеряем мага, то дойти до цели нам будет в стократ трудней.

– Хотя бы не решайте сами. Пусть это сделает Светлейший. После того, как прочитает письмо, переговорит со мной.

– Так и будет…

– Спасибо!

– Учитывая концентрацию яда в крови вашего спутника, до вечера он не умрет. К тому времени Светлейший, скорее всего, примет решение.

Я мысленно выругалась. Хозяев Огненных островов я уже ненавидела.

И это их Арелина называла крайне миролюбивыми созданиями?!

– Так чего же мы ждем?

Орол’шай скривил губы в легкой улыбке, затем взмахнул рукой и тут же все лайши ушли на глубину. Лодка подплыла к острову, из нее выскочили двое орол’шай, подхватили бьющегося в лихорадке эльфа и втащили на лодку. Джаред помог забраться в посудину мне, затем залез туда сам.

Я уселась на дно лодки, голову принца положила себе на колени. Парень дрожал, что‑то бессвязное лепетал на лоэльском. Кажется, он уже не понимал, где находится.

Но вскоре мне стало не до эльфа. Я почувствовала, как лодка пришла в движение, медленно заскользила по волнам к далекому берегу. Меня вновь накрыло волной иррационального страха.

Отрыжка Хайдаша! Хороша же из меня спасительница мира, если я воды боюсь!

Ладно, будем честными, дело не в самой воде (в той же ванне я могу плескаться часами), а глубине, отсутствии твердой почвы под ногами.

Выберусь из этой передряги – обязательно научусь плавать. Как‑нибудь да смогу побороть свой страх!

– Ри, – тронул меня за плечо Джад, – с твоим другом что‑то не так.

Эрайн больше не бился в лихорадке и не бормотал, теперь он лежал тихо и неподвижно. Казалось, эльф превратился в статую, лишь глаза на его лице были живыми.

– Что с ним? – спросила я у орол’шай.

– Яд лайши. Сначала лихорадка, затем паралич и смерть.

Сволочи эти орол’шай. Гады!

– Держи себя в руках, – тихо сказал Джаред.

– Да стараюсь я, просто…

– Знаю, – кивнул мужчина, – сегодня был очень тяжелый день, а если же учесть, что еще даже не полдень…

Я вздохнула.

– Не надо было так рваться в бой. Стоило погостить у эйсин еще хотя бы пару дней. Отдохнуть, подготовиться.

Да только я сама не хотела оставаться у эйсин и лишнего часа. Но и это тоже Джаред знал, понимал… Посмотрела на эльфа. В глазах Эрайна отражался невероятный ужас. Не хотела бы я сейчас оказаться на его месте.

– Тише, тише, – зашептала я, надеясь, что парень сможет меня услышать. – Все будет хорошо.

Да что же принцу так не везет? Все время его травят. Но если в прошлый раз я знала противоядие, то сейчас понятия не имела, что может помочь от яда лайши. Ррэко, кстати, тоже. Раньше ему не приходилось слышать о существе под таким названием.

В конце концов, чтобы хоть как‑то отвлечься, я принялась разглядывать орол’шай. Как там говорят? «Знай друзей хорошо, а врагов еще лучше?» Что бы там не говорила владычица эйсин, но орол’шай были именно врагами. По крайне мере, сейчас.

Вблизи орол’шай не так уж и походили на людей. Было в этих созданиях что‑то неуловимо чуждое. Эта одинаковость, практически полное отсутствие эмоций и плавность, неспешность, какая‑то текучесть движений. Но, прежде всего, с толку сбивало то, что ни по внешности, ни по голосу нельзя было определить мужчина перед тобой или женщина. Впрочем, странно, если было бы иначе, ведь каждое из этих существ было мужчиной и женщиной одновременно. Нет. Не правильно. Такое понятие как «пол» к этим существам применять было не корректно.

Я не вдавалась глубоко в изучение физиологии орол’шай. Мне это было не интересно и, по правде говоря, несколько противно. Но все же некие особенности этой расы узнала.

Эта древнейшая раса живет по раз и навсегда установленному еще на заре времен циклу. Ташэ – молодой орол’шай, рождается и до пятидесяти лет живет со своим родителем – айгэ, который воспитывает его, учит, передает знания. В ночь пятидесятилетия ташэ вместе с айгэ зачинают ребенка. На следующее утро айгэ бросается в жерло Священной Шайской горы, чтобы возродиться в ребенке (стать ташэ), которого через год произведет на свет новоявленный айгэ… И дальше все по кругу.

Память о своих прошлых жизнях орол’шай не сохраняет, но каждая пара ведет свою Книгу Жизни.

Орол’шай взрослеют быстро, до пятидесяти лет у них длится молодость, до ста одного – зрелость. Старости они не знают. Состоящие в одной паре орол’шай похожи друг на друга, как близнецы, отличаются между собой исключительно возрастными признаками.

Если кто‑то из орол’шай по какой‑либо причине теряет свою пару, то вместе с ней теряет и возможность перерождения. Такой орол’шай умирает, когда ему исполняется сто один год – у него просто перестает биться сердце. Но, если верить книгам, многие предпочитают не дожидаться этого момента, а сразу после смерти пары растаять в родной стихии.

Неудивительно, что численность орол’шай медленно, но верно сокращается. По данным Арелины до Последней войны насчитывалось всего около тысячи орол’шай.

Жители Огненных островов не употребляют в пищу мясо и иные продукты животного происхождения. Не признают какое‑либо оружие.

В общем, абсолютно не похожий на людей народ. Невероятный. Какой‑то противоестественный. Чуждый и непонятный.

А еще орол’шай свято чтят жизнь, как свою, так и чужую… Только, похоже, данные Арелины по этому вопросу сильно устарели.

Я задумчиво посмотрела на предводителя. Своих врагов надо знать не только в лицо, но и по имени.

– Могу я узнать, как вас зовут? – обратилась я к предводителю орол’шай.

– Можешь.

– И как же? – манера этого существа вести беседу меня безумно раздражала. Интересно, это особенность одного конкретного орол’шай или они все тут немного чокнутые?

– Лаан’айгэ, – ответил орол’шай.

Ясно, значит, мой собеседник уже родитель и где‑то по одному из Огненных островов бегает юный Лаан’ташэ. Надо будет запомнить это имя.

Хайдаш, как же здесь жарко! Одежда и волосы давно высохли… и опять стали влажными, на этот раз от пота.

За последние пятнадцать минут состояние Эрайна, кажется, не изменилось. А вот Джареду пребывание под солнечными лучами давалось все тяжелее и тяжелее. Ни капюшон, ни длинные рукава плаща от жаркого местного светила не спасали. К тому же, плащ бывшего контрабандиста сильно пострадал во время стычки с лайши, и теперь его украшало несколько прорех. Кожа полувампира покраснела от раздражения, глаза Джаред держал закрытыми.

– Ты как? – тихо спросила я.

– Паршиво, – прошипел Джад. Губы мужчины высохли и потрескались.

Недавняя кровопотеря тоже не лучшим образом сказалась на состоянии полувампира.

Да уж, если так и дальше пойдет, то скоро я окажусь с двумя полутрупами на руках. Или, что более вероятно, Джаред сорвется и покромсает нас всех на мелкие кусочки…

И о чем, спрашивается, думала Арелина, когда собирала нашу чудесную команду и отправляла в путь? Чем дальше, тем больше я склонялась к мысли, что хуже кандидатуры для данной миссии сложно было бы подобрать. Прорицательница хренова!

Все речи владычицы эйсин о том, что у нашей троицы довольно‑таки большие шансы на успех, сейчас казались бредом собачьим… Хотя, наверное, стоило уточнить, какие шансы Арелина считала большими, в процентном соотношении, так сказать.

– Долго нам еще плыть? – спросила я у Лаан’айгэ.

Поначалу казалось, что до берега довольно‑таки недалеко, но орол’шай почему‑то решили обогнуть остров по широкой дуге. Наша морская прогулка слишком затянулась.

– Нет.

– Сколько?

– Около получаса.

Чтобы говорить с этими созданиями, нужны просто железные нервы.

– Джад? – шепнула я.

– Справлюсь.

Я легко сжала руку полувампира, затем другой рукой провела по серебристым волосам Эрайна. Принц вряд ли что‑либо почувствовал, а мне просто нужно было это, чтобы успокоиться. К тому же, давно было интересно каковы косы эльфа на ощупь.

Лодка обогнула мыс, и нам открылся вид на какое‑то поселение. Дома и сады располагались на террасах, устроенных прямо на склоне гигантского вулкана.

– Это?..

– Атан’ана, – на этот раз проявил несвойственную ему сообразительность Лаан’айгэ.

Ага, значит, перед нами столица орол’шай и, по сути, вообще единственный город на Огненных островах. Стоит же Атан’ана на склоне Священной Шайской горы.

Не хотела бы я жить так близко от действующего вулкана. Но орол’шай, учитывая их трепетные отношения с огненной стихией в целом и Шайской горой в частности, вряд ли испытывают от такого соседства какой‑либо дискомфорт.

Лодка пришвартовалась у деревянного причала. Орол’шай вынесли Эрайна, затем Джаред помог выбраться мне. Почувствовав твердую землю опору под ногами, я облегченно вздохнула.

– Следуйте за мной, – сказал Лаан’айгэ и направился по дороге вверх по склону.

Нам с Джаредом ничего не осталось, как пойти следом за предводителем орол’шай. За нами пристроились двое существ, которые несли Эрайна. Еще двое местных жителей держались по бокам от нас. Всем своим поведением хозяева Огненных островов показывали, что не доверяют нам и здесь мы, скорее, пленники, нежели гости.

Дорога, по которой мы шли, была шириной метров двадцать, никак не меньше. Она будто разрезала город на две равные части и под крутым углом взбиралась на гору. Присмотревшись, я поняла, что это никакая вовсе не дорога, а река из застывшей лавы.

Знать бы еще как часто тут случаются извержения. Дымок‑то над вершиной Священной горы курится! Надеюсь, это не значит, что в ближайшее время нас ожидает светопреставление.

Я с любопытством осматривалась по сторонам. Город орол’шай производил странное впечатление… – он вообще не походил на город. Атан’ана больше напоминала огромную деревню. При этом довольно‑таки заброшенную и пустынную. Большинство домов выглядели так, будто в них давно никто не жил и они вот‑вот развалятся. То, что я с берега приняла за сады, при ближайшем рассмотрении оказалось зарослями джунглей – остовы домов и плодовые деревья сплошь затянуло лианами, молодой порослью каких‑то растений, сорняками… За время подъема нам встретилось всего лишь четверо местных жителей, все возраста Лаан’айгэ.

Нет, конечно, попадались нам по дороге и ухоженные дома, и цветущие сады, но их явно было в меньшинстве. Определенно, хозяева Огненных островов переживали не лучшие времена.

Слава богам, на самый верх орол’шай нас не погнали. Лаан’айгэ остановился на двадцать седьмой террасе снизу. Я устало прикинула, чтобы добраться до вершины горы надо преодолеть в несколько раз большее расстояние. И ведь, скорее всего, придется! Где Светлейшему жить, как не у жерла вулкана? Сильно удивлюсь, если местный правитель решит спуститься вниз, чтобы поприветствовать дорогих гостей, даже если среди них имеется Хранитель одного из Кристаллов Мироздания.

Дом, в который в нас определили, явно опустел относительно недавно. Сад еще не успел зарасти. В тростниковой крыше зияло лишь несколько прорех. Но циновки на дощатом полу уже больше напоминали мешанину полуистлевшей соломы.

Стен, как таковых, жилище не имело. Вообще этот дом, как, впрочем, и все остальные жилища орол’шай не напоминал монументальное сооружение. Из того самого долговечного и монументального здесь можно было выделить только дощатый настил, возвышающийся на деревянных сваях на полметра над землей, собранный из крупного бруса каркас стен да устроенный прямо по центру дома большой открытый очаг.

В жилых домах просветы стен закрывали все те же циновки из тростника, которые при необходимости скручивались в рулоны. Но здесь от циновок не осталось уже и следа – то ли позаботились рачительные соседи, то ли само время.

Какая‑либо мебель в данном сооружении практически отсутствовала. Лишь у очага стояли низкий, всего четверть метра в высоту, стол и небольшой, тоже низкий, стеллаж с остатками посуды.

После того как орол’шай сгрузили эльфа на пол, Лаан’айгэ обратился к нам с Джаредом:

– Дом настоятельно рекомендую не покидать.

– Приставите охрану? – спросила я.

– Да.

– А как быть с ним? – кивок в сторону эльфа.

– До захода солнца он не умрет.

Эту песню мы уже слышали. Не знаю, на что я надеялась когда спрашивала… Но и не спросить не могла.

– Нам хотя бы воды дадут? – хрипло спросил Джаред. – От вина я бы тоже не отказался.

Полувампир расположился в самой затененной части дома и при этом максимально далеко от эльфа.

Отрыжка Хайдаша! У принца ведь две раны не до конца затянулись, да и одежда пропитана кровью.

– Я распоряжусь на счет воды. Поесть вам тоже принесут, – сказал Лаан’айгэ.

– Спасибо.

– До вечера.

Лаан’айгэ ушел, а вот четверо его спутников остались.

Оружие у нас не забрали, как, впрочем, и вещи. Похоже, несмотря на приставленную охрану, опасными нас не считали. С другой стороны, единственный наш маг выбыл из строя, а местные жители помимо того, что сами все поголовно маги, еще неизвестно каких зверюшек, кроме лайши, имеют в услужении.

Я быстро метнулась к Эрайну. Вроде состояние принца без изменений. Глаза открыты, но взгляд отсутствующий. То ли парень спит, то ли просто не в себе. Сердце бьется медленно, дыхание тяжелое.

Будем надеяться, что до вечера эльф продержится, и Светлейший примет правильное решение.

Хайдаш, ненавижу, когда от меня ничего не зависит!

Присела на корточки рядом с Джаредом.

– Ты как? – тихо спросила я.

– Все так же.

– Справишься?

Полувампир бросил взгляд в сторону эльфа, затем осторожно сказал:

– Не уверен.

Тихо сквозь зубы выругалась. Что же делать?!

– Как думаешь, если я отправлюсь поохотиться?.. – еле слышно спросил мужчина.

– Даже не думай! – зашипела я.

– Да не на них, – отмахнулся полувампир. – На местную живность.

– А как ты проберешься мимо охраны? Может, орол’шай ни разу не воины, но маги они весьма сильные, это даже Арелина признавала.

– Она ошиблась во многом, могла и здесь…

– Не думаю!

– Знаю.

– Даже если у тебя получится, местные жители вряд ли обрадуются, когда не досчитаются какой‑нибудь кошечки или собачки.

Не похоже, что орол’шай определили, какова природа моего второго спутника, в противном случае вряд ли бы они отнеслись к нему столь нейтрально. Может, за двести с лишним лет орол’шай забыли про вампиров?

– Ри, – устало сказал Джад, – я просто не вижу иного выхода. Если не восполню кро…

– Тсс! – я зажала рот мужчины своей рукой.

Опять‑таки, если верить книгам и Арелине, орол’шай острым слухом не обладали, но всего в нескольких метрах от нас лежал эльф, который неизвестно в каком состоянии пребывал, что слышал и какие выводы из нашей беседы с Джаредом может сделать.

Тут я почуяла какое‑то движение.

– У нас гости. Двое, – сказала я.

– Местные?

– Да.

Через несколько минут в дом вошли двое орол’шай. Принадлежали они явно к молодому поколению, то есть к ташэ, обоим, по человеческим меркам, нельзя было дать больше двадцати лет. А так никаких изменений во внешности или одежде. Те же чуть вьющиеся ярко‑рыжие волосы до плеч и голубые глаза, широкие рубахи и штаны из грубого, не выбеленного льна, босые ноги.

Ташэ пришли не с пустыми руками. Один притащил ведро воды, другой – корзину с фруктами и большую керамическую миску, накрытую крышкой.

Орол’шай поставили свои дары на пол и тихо, так и не произнеся не единого слова, удалились.

Я подошла к дарам. Фрукты выглядели весьма соблазнительно даже при учете того, что большую часть из них я видела впервые. А вот в миске оказалась банальная каша. Хорошо, хоть горячая!

Перетащила добычу в тень, поближе к Джареду. Обычная пища и питье тоже немного притупляли жажду вампиров.

– Хм, рис и кусочки фруктов. Мясо тут явно не в чести, – сказала я, пробуя кашу.

– Как и вино, – заметил полувампир, с жадностью налегая на варево. Рука с деревянной ложкой чуть дрожала.

– Это поможет? – кивок в сторону миски.

– К сожалению, нет, – покачал головой полувампир. – Слишком сильно мне под водой досталось. Даст отсрочку, не более.

– А если?.. – я вытащила нож и указала им на свою руку.

– Ты хочешь?! – мужчина подавился, закашлялся.

– Нет, конечно. Просто не вижу иного выхода.

Меньше всего мне хотелось поить своей кровью вампира‑полукровку, становиться чьим‑то кормом. Но лучше дать немного крови самой, чем дождаться, пока мой спутник слетит с катушек.

Лицо у Джареда усталое, осунувшееся. Следы солнечного воздействия еще полностью не сошли. Кожа раздражена, красные от полопавшихся сосудов глаза возбужденно горят… Взгляд полувампира остановился на моей руке, на ноже. Кажется, мужчина только что непроизвольно сглотнул слюну.

Джад закрыл глаза, замотал головой.

– Я не хочу! – яростно зашипел он. – Только не ты!

– А кто? Он? – нервно усмехнулась и махнула рукой в сторону тела эльфа.

– Да хотя бы!

– И как ты себе это представляешь? Не получится, если, конечно, нашего друга не… – я резко провела рукой по своему горлу и щелкнула языком. – Так что я вижу только один выход.

– Не ты, – устало повторил Джад.

– Думаешь, я этого хочу?! – прошипела я. – Об этом мечтаю?.. Мое отношение к тебе не изменится. Я и так с первого дня знала кто ты… И если бы был выбор, никогда на это не пошла, но сейчас я – это все, что у тебя есть.

Встала, взяла со стеллажа чашку с отколотой ручкой, быстро ополоснула ее водой.

– Сколько, – указала ножом на чашку.

– Лучше целую, – тихо сказал Джад, в глаза мне мужчина не смотрел.

То, что я собиралась дать полувампиру немного своей крови, не значит, что я хотела использовать свое тело, как кормушку. И так рисковала. Вдруг чашки крови покажется Джареду слишком мало?

Вампирам подходит кровь практически всех существ, но определенные вкусовые пристрастия у них есть. Человеческую кровь они просто любят, лоэльская – действует на них, как легкий наркотик. Какое воздействие оказывает на вампиров кровь эйсин, никто не знает.

У меня же, так и вовсе не кровь, а какой‑то безумный коктейль: половинка лоэльской, четвертушка эйсинской и четвертушка людской… Похоже, я погорячилась, когда предложила Джареду отведать своей крови. Но отступать уже поздно. Да и выбора все равно нет.

Вместе с чашкой прошла в другой конец дома, на солнечную сторону. Встала так, чтобы между мной и полувампиром оказался эльф. Не то, что бы я не доверяла Джаду, но хищник – он и на Огненных островах хищник. И как поведет себя усталый голодный вампир, почуяв свежую кровь, предсказать сложно. Пусть я и очень, очень надеялась, что Джаред сможет удержать своего зверя в узде.

Сделала на руке осторожный, тонкий надрез. Быстро взглянула на Джада. Вроде все в порядке. Наполнила чашку кровью и поставила посудину на пол. Туго замотала рану выуженной из кармана тряпицей.

– Бери.

Нарочито медленно, явно сдерживая себя, полувампир поднялся на ноги. Подошел ко мне, взял чашку и осушил ее одним глотком. Неосознанно я сделала пару шагов назад, пока не уперлась спиной в каркасную конструкцию стены дома.

Буквально за секунду раздражение спало с лица мужчины, исчезли и другие симптомы воздействия солнечных лучей.

– Твоя… это нечто! – ошарашено выдохнул Джад.

– Надеюсь, ты никому не скажешь об этом, – нервно пошутила я.

– Ри…

– А еще, что теперь не будешь смотреть на меня, как на бутылку дорогого вина.

– Ри…

– И бегать за мной по пятам и клянчить добавки.

– Твою мать!!! Ри, заткнись!

– Что?

– Не буду, – четко, по слогам произнес Джад. – Что бы ты обо мне ни думала, но я не…

– Знаю, – вздохнула я. – Извини, нервы. Ладно, пожалуй, пойду разбирать вещи. Их неплохо было бы просушить.

– Ри, это ничего не изменит.

Я кивнула.

– Надеюсь на это.

 

* * *

 

Лаан’айгэ пришел, когда почти стемнело. Нервы к тому времени у меня были на пределе. Несколько раз я пробовала заговаривать с приставленными к нам охранниками, но ни слова, ни какой‑либо другой реакции от рыжеволосых истуканов так и не дождалась. Я, пожалуй, перешла бы к более активным действиям, если бы не Джаред. Нет, слава богам, с полувампиром все было в порядке, выглядел нормально, вел себя адекватно, он просто не дал мне наделать глупостей.

Смотреть на то, как умирает эльф, и быть не в состоянии ничего сделать, просто ждать – оказалось сущей пыткой. Поэтому, когда Лаан’айгэ вошел в дом, мне стоило невероятных усилий не наброситься на него.

Хайдаш побери, но теперь я, вроде как, дипломат, посол (три раза ха!) и должна вести себя соответственно. Усмирять эмоции, действовать и говорить обдуманно.

Такима‑покровительница, как я все это ненавижу!

– Так какое решение принял Светлейший? – спросила я орол’шай.

Был бы Эрайн в сознании, он бы меня за излишнюю прямоту упрекнул. Но ни сил, ни желания, ни, главное, времени на то, чтобы разводить ненужные политесы у меня не было.

– Светлейший еще пребывает в раздумьях. На рассвете он встретится с тобой, Хранительница, после этого примет решение.

– Хорошо, но как быть с нашим другом? До рассвета, вы сами сказали, он не доживет.

Ни слова не говоря, Лаан’айгэ вышел из дома. Я хотела броситься за ним следом, но меня поймал Джаред. Прижал к себе. Горячо зашептал на ухо:

– Тише, Ри! Держи себя в руках. Ты сделала все, что смогла.

Силой мериться с полувампиром бесполезно. Но, может, я бы и попыталась вырваться из объятий мужчины, если бы в глубине души не понимала, что он прав.

А потом я увидела, что Лаан’айгэ не спешит уходить, а внимательно изучает заросшую клумбу у нашего крыльца.

– Отпусти, – прошипела я.

– Только без глупостей, – сказал Джад.

Потирая плечи (эх, чувствую, синяки останутся), я вышла на крыльцо как раз вовремя. Лаан’айгэ наклонился, раздвинул заросли сорной травы и что‑то сорвал. Затем вернулся в дом, подошел к лежащему на полу эльфу.

При ближайшем рассмотрении, я увидела, что добычей орол’шай оказался небольшой мясистый лист какого‑то неизвестного растения. Лаан’айгэ открыл рот принца и выжал из листка несколько капель ему в рот.

– Что это? – спросила я.

– Тимайташи, – просто ответил орал’шай. – Я приду за тобой перед рассветом.

– А что с нашим спутником?

– Уже ничего. Сейчас он спит, но скоро проснется, – и с этими словами Лаан’айгэ ушел.

Я недоверчиво посмотрела на принца. Неужели, теперь с Эрайном все в порядке? И для этого всего лишь нужно было скормить больному какой‑то сорняк? Внешне состояние лоэл’ли не изменилась, но дышал принц ровно, сердце его билось размерено. По всему выходило, что парень действительно просто спал.

Вскочила на ноги и метнулась на улицу к той самой заросшей клумбе, где копался Лаан’айгэ. Чудодейственное растение отыскать труда не составило. В ботанике я не сильна, но всё же с уверенностью могла сказать, что этого неказистого растения раньше не встречала, а здесь, похоже, его можно было отыскать на любой клумбе.

Интересно, эта тимайташи только от яда лайши помогает? Или это универсальный антидот? Надо бы нарвать этих листьев с собой, вдруг пригодится.

Я только наклонилась за первым листочком, как в голове у меня раздался голос Ррэко:

«Не поможет».

«То есть?» – я замерла в неудобной позе.

«Вещество, содержащееся в листьях тимайташи, способно вывести большинство ядов из организма, но данное растение целебно лишь первые пятнадцать минут, после того, как его сорвали. И, к слову, растет тимайташи только на склонах Шайской горы».

«Так ты знал об этом растении и молчал?!»

«Знал, но… – Ррэко замялся, – забыл».

«Отрыжка Хайдаша, толку от тебя!»

«Ри, прости…»

«Проваливай из моей головы!»

Я устало выпрямилась и столкнулась взглядом с одним из охранников‑орол’шай.

– Все‑все, цветочки не рву, иду в дом, – я подняла руки ладонями вверх и, пятясь, поднялась на крыльцо.

 

* * *

 

Джаред разбудил меня в три часа ночи – настало мое время дежурить. То, что мы, по сути дела, в плену и практически ничего не можем противопоставить орол’шай, не повод относится к собственной безопасности спустя рукава.

Я потянулась. Широко зевнула. Спать хотелось безумно.

– Как? – еле слышно спросила я.

– Все тихо.

– Охранники?

– Бдят. Ладно, я спать. Разбудишь, когда за тобой придут.

– Хорошо.

Зябко передернула плечами, было просто невероятно холодно. А еще Огненные острова, называется! Что за мерзкий климат? Днем сходишь с ума от жары, а ночью чуть не покрываешься инеем.

Спать пришлось на полу, подушкой мне служил заплечный мешок, одеялом – рваный плащ полувампира. Так что я себя совсем не чувствовала отдохнувшей, скорее, наоборот. Поясница и шея затекли. Пальцы ног практически окоченели.

Кое‑как доковыляла до ведра, плеснула ледяной водой в лицо. Немного полегчало, во всяком случае, сон, как рукой, сняло. Затем проделала небольшой комплекс упражнений, чтобы согреться, размять мышцы… Теперь бы еще позавтракать и совсем будет хорошо!

Ужин нам вчера так и не принесли. Наш весьма скоромный запас сухпая оказался испорчен морской водой. Так что пришлось довольствоваться парой яблок.

Я присела на корточки над телом принца. Забавно, Эрайн вчера так упирался, доказывал, что не хочет спать, что будет дежурить вместе с нами, а сам дрыхнет сейчас как младенец. И ни температура окружающего воздуха, ни холодный ветер, ни жесткий пол ему никаких неудобств не доставляют. Удивительно, я думала, принц более изнеженное создание.

«Ррэко, – позвала я. – Ты спишь?»

Лиен отозвался только через пару минут.

«Уже нет. Что тебе?» – в голосе рыси явственно чувствовалось недовольство.

«Извини за вчерашнее, я не должна была на тебя срываться».

«Да ладно. Пустое… – немного растерянно произнес Ррэко. – Главное, что все обошлось».

«Да», – согласилась я.

Лаан’айгэ пришел, когда небо на востоке начало светлеть.

Джареда будить не понадобилось, он проснулся сам, как только орол’шай подошел к дому. Звериное чутье и инстинкты полувампира вызывали у меня противоречивые чувства. Они поражали, временами пугали, а иногда, как сейчас, заставляли Джаду завидовать.

Эльфа, по здравому размышлению, я будить не стала – пусть выспится. А лишь кивнула Джаду и выскользнула следом за Лаан’айгэ из дома.

Вчера в своих предположениях я не ошиблась, Светлейший действительно жил на вершине Шайской горы. Целый час мы с Лаан’айге поднимались по дороге из лавы вверх по склону. Прошли мимо еще семидесяти трех уровней‑террас с домами и садам орол’шай. Чем выше мы поднимались, тем больше было жилых домов, ухоженных садов, тем реже встречались следы запустения.

Дом Светлейшего находился на сто первой террасе. Символично, не правда ли, учитывая максимальную продолжительность жизни орол’шай?

На первый взгляд жилище Светлейшего ничем не отличалось от домов остальных жителей Огненных островов. Та же планировка, площадь, использованы те же отделочные материалы. Изнутри сооружение поделено на комнаты с помощью все тех же любимых циновок орол’шай… Пожалуй, единственным явственным отличием этого дома от всех других было то, что на террасе он стоял один‑одинешенек, остальные же террасы, скорее, напоминали улицы, которые под прямым углом пересекали проспект из застывшей лавы.

Светлейший ожидал меня во второй комнате. Циновки на наружной стене были скручены в рулон, так что отсюда открывался прекрасный вид. На склон Шайской горы, на далекий пляж, причал и море. На медленно поднимающийся из‑за горизонта огненный шар солнца.

Из мебели в комнате был лишь длинный, низкий стол. По обеим сторонам от него лежало несколько подушек из невыбеленного льна, расшитых простыми геометрическими узорами. За столом, на этих самых подушках, сидел, поджав под себя ноги, хозяин дома. Внешне Светлейший выглядел примерно так же, как и все другие айгэ на острове. Выделяло этого орол’шай из числа прочих соплеменников лишь наличие длинной рыжей косы.

– Хранительница, – поприветствовал меня орол’шай и жестом пригласил присесть к столу.

– Светлейший, – сказала я и села на подушки.

– Чайлис? – орол’шай налил себе из чайника в маленькую, приплюснутую чашку немного ароматного настоя, выжидающе посмотрел на меня.

– Да, спасибо. Вы очень любезны.

– Я хотел бы задать тебе ряд вопросов. Услышать твою историю, – сказал Светлейший, сделав небольшой глоток из чашки.

– Вы читали письмо рэйи Арелины?

– Да. Не раз. Но я хотел бы услышать историю именно в твоем изложении.

«Светлейший хочет тебя прочитать. Побочное свойство Кристалла орол’шай позволяет ему слышать мысли находящихся рядом существ. Он хочет убедиться в правдивости твоего рассказа», – сказал Ррэко.

Меньше всего мне хотелось, чтобы у меня в голове копалось какое‑то непонятное существо, но если выхода действительно нет… К тому же, Арелина предупреждала, что до этого может дойти.

«Ррэко, убери ментальную защиту с моего сознания».

«Уже. Но ты тоже должна расслабиться и не препятствовать вторжению».

«И без тебя знаю», – вяло огрызнулась я.

– Хорошо, – сказала Светлейшему, – я все расскажу.

Беседа затянулась на несколько часов. С невероятной дотошностью Светлейший расспрашивал меня о том, что происходит на Тауре сейчас, как жизнь на материке изменилась за двести с лишним лет, что он был отрезан от остального мира. Особое внимание орол’шай уделил последним событиям – моему рабству у лоэл’ли, похищению Кристалла из музея, предполагаемому вторжению арритов, нашей миссии.

С собеседником я старалась быть настолько откровенной, насколько это возможно. И пусть его вопросы временами были чересчур личными и даже бестактными, я отвечала честно, так как понимала, от решения этого существа зависит все. Так мне пришлось рассказать о том, что Эрайн младший принц, а в родословной Джареда есть вампиры. Уж лучше, Светлейший узнает это от меня, чем подумает, что я хочу скрыть от него какую‑то информацию.

Вторжения в свои мысли я ни разу не почувствовала, хотя Ррэко и утверждал, что Светлейший взвешивал, проверял на правдивость каждое мое слово.

– Что ж, – сказал Светлейший, когда допрос подошел к концу, – твой рассказ похож на правду. Во всяком случае, ты определенно веришь в то, что говоришь.

– Это и есть правда.

– Ты уверена, что рэйа Арелина хочет собрать Кристаллы Мироздания для того, чтобы навсегда закрыть Врата, а не с какой‑либо другой целью?

– Она сказала, что это единственный способ остановить экспансию арритов… и, несмотря на всю сложность наших взаимоотношений, да, я ей верю. В противном случае меня бы здесь не было.

Светлейший задумчиво кивнул. Сделал небольшой глоток из чашки. Удивительно, как много чайлиса оказалась в таком, на вид, крохотном чайничке. К тому же напиток не остывал. Явно без магии здесь не обошлось.

– Хорошо, мы отдадим вам Кристалл…

– Спасибо! – я облегченно вздохнула.

– … если вы нам поможете.

– Поможем? Как?

– После Огненных островов вы намереваетесь отправиться на Лию? К хэйгэ?

– Да, – кивнула я.

Какой смысл отрицать очевидное? И Арелина, и Светлейший знают, что последний Кристалл хранится у амфибий.

– Надеюсь, вы понимаете, что правитель хэйгэ не отдаст вам Кристалл по доброй воле? Что его придется… украсть?

– С этим могут возникнуть какие‑то проблемы? Вы не одобряете саму идею воровства? Или, может быть, дружны с хэйгэ?

Светлейший скривил губы в легкой, грустной улыбке.

– Нет, мы с хэйгэ точно не друзья.

– Тогда я не понимаю, в чем проблема.

– Вы должны будете украсть кое‑что для нас. Точнее, кое‑кого.

Сказать, что я удивилась – ничего не сказать.

– Если это будет в наших силах, – медленно произнесла я. – Мне хотелось бы узнать подробности.

– Подробности… Рийна, какое впечатление произвели на тебя Огненные острова?

– Эээ… – я растерялась. – Здесь красиво и жарко. Вулканы, опять же…

– И наша раса не такая миролюбивая и дружелюбная, как тебе говорили эйсин?

– Пожалуй, – я кивнула.

– А еще ты удивилась, почему мы так не любим лоэл’ли?

– Было немного.

– Приход лоэл’ли и Последняя война сыграла в нашей жизни гораздо большую роль, чем кажется на первый взгляд… Без сомнения тебе известно, что орол’шай весьма сильно отличаются от других рас, населяющих Срединный мир, да и другие миры тоже. Что мы оказались не самым удачным опытом Высших Сущностей.

– Каких Сущностей? – переспросила я.

– Богов, – поправился орол’шай.

И почему мне кажется, что оговорка была не случайной? Уже который раз слышу о загадочных Сущностях… Но тему я решила не развивать, если бы Светлейший хотел, сам бы все рассказал.

– Ты видела заброшенные дома. Ты знаешь, что это значит.

Это были не вопросы, но все же я ответила.

– Да. Вас становится меньше.

Светлейший кивнул.

– И пусть наша численность сокращается медленно, этот процесс никак не остановить… На заре времен наша раса могла на равных поспорить с другими, в чем‑то даже превосходила их. Сейчас нам приходится выживать и защищаться… Наши отношения с хэйгэ никогда не были дружественными. Но раньше агрессию амфибий сдерживали эйсин, последние же время мы сами по себе.

– То есть вы воюете с хэйгэ?

– Нет. В противном случае давно не было бы ни нас, ни Огненных остров. Хэйгэ собирают с орол’шай дань. Держат в плену пять наших ташэ. Раз в несколько лет амфибии приплывают за данью, возвращают подросших ташэ и выбирают новую пятерку.

Вот так новость!

– И вы никогда не пробовали отбить ташэ?

– Как? – Светлейший покачал головой. – Мы, в лучшем случае, соберем несколько сотен воинов. Хэйгэ способны выставить несколько сотен тысяч! Если бы амфибии не похитили сразу после Последней войны наших ташэ, мы смогли бы уйти в глухую оборону… В открытой войне хэйгэ рано или поздно бы нас победили, но к тому времени не осталось бы ни одного орол’шай, ни самих Огненных островов, а численность амфибий уменьшилась бы в пару раз. Такая война хэйгэ не нужна.

– Я правильно понимаю, вы хотите освободить заложников?

– Да.

– Но как?!

– У тебя есть телепорт, его мощности вполне хватит, чтобы перенести наших ташэ на Огненные острова. Тебе надо просто до них добраться.

Просто. Ха! Да он издевается!

«Рийна, соглашайся», – услышала я в голове голос Ррэко.

«Я на это не подписывалась!»

«У нас нет иного выхода».

– Как я могу быть уверена, что вы нас не обманете?

– Орол’шай не врут, можешь спросить своего лиена.

– Так было двести лет назад. Вы сами сказали, что сильно изменились за последнее время.

– Ты поверила на слово рэйе Арелине, тебе придется поверить мне.

– Хорошо, я согласна, – тяжело вздохнула. – Но вы должны нам предоставить всю имеющуюся информацию о хэйгэ. Уверена, на Лие за двести лет тоже многое изменилось.

– Я сделаю лучше – дам вам проводника.

 

* * *

 

Обещанный Светлейшим проводник ожидал меня в саду. Закрыв глаза и хитро переплетя ноги, сидел прямо на земле и, кажется, медитировал. Выглядел орол’шай молодо и невинно. Как‑то не верилось, что Светлейший решил отправить с нами ташэ, по сути, ребенка.

Я обернулась, недоуменно посмотрела на сопровождающего меня Лаан’айгэ.

– Так это проводник?

Лаан’айгэ просто кивнул. Похоже, орол’шай считал ниже своего достоинства отвечать на глупые вопросы.

Ташэ открыл глаза, медленно, как‑то текуче, поднялся на ноги.

– Ален, – представился он.

– Ален’ташэ? – зачем‑то решила уточнить я.

– Просто Ален. Я один такой.

«Это значит, что ташэ потерял свою пару», – тут же подсказал Ррэко.

– Я Рийна. Ри. И… соболезную вам.

Орол’шай просто кивнул и опустился обратно на землю, разговор Ален считал законченным. За время нашего знакомства я не заметила ни на лице ташэ, ни в голосе, ни в глазах каких‑либо проявлений эмоций.

Я растерянно посмотрела на Лаан’айгэ. Так и чесался язык спросить: «И как, прикажите с таким проводником работать?» Но я промолчала. Нужно брать то, что дают. Ален пять лет прожил на Лии, знал тамошние порядки и хотел помочь своей расе. Другие жители Огненных островов считали этого ташэ мертвым, ведь Ален потерял свою пару, а значит, когда придет срок, не сможет переродиться.

Похоже, сам Ален тоже считал себя покойником. Честно говоря, я этого не понимала. Пусть этот орол’шай потерял свою половинку, но ведь ему осталось жить явно больше пятидесяти лет и старость, как и любому другому орол’шай, не грозила. Любой бы человек на его месте радовался бы! А то, что оказалась потеряна возможность перерождения… орол’шай все равно не помнят о своих прошлых жизнях. Да и люди, как и другие существа, неизвестно куда после смерти попадают. Мне очень хотелось верить, что те же Чертоги Араш действительно существуют, даже при учете, что я, когда мой жизненный путь закончится, угожу в Пекло Хайдаша; что после смерти меня ждет не пустота и забвение. Надо будет при встрече выяснить этот вопрос у Арелины. Она должна знать.

Что ж орол’шай – не люди, они другие. Нам никогда не понять их, им – нас. Пора к этому привыкнуть.

 

* * *

 

На Огненных островах мы провели еще три дня. Орол’шай наконец‑то показали себя гостеприимными хозяевами. Навели порядок в доме. Закрыли стены циновками, которые днем давали защиту от солнца, а по ночам от ветра. Каждый вечер разжигали в доме очаг. Нас хорошо и регулярно кормили. Даже починили одежду…

Но починить можно было далеко не все. Игломет Джареда не пережил купания в морской воде. Что‑то в этом механическом оружии, стреляющем ядовитыми иглами ящеров, сломалось.

Наши охранники тоже никуда не делись, и по острову без сопровождения прогуливаться нам строго запрещалось. Откровенно говоря, нам вообще не рекомендовалось покидать территорию сада, примыкающего к дому. Мы с местными жителями стали соратниками, но не друзьями. Орол’шай больше не доверяли чужестранцам.

Ален приходил в полдень и до поздней ночи рассказывал о Лие и ее обитателях. И хотя мне было безумно интересно, под монотонный, лишенный каких‑либо эмоций голос орол’шай я временами чуть не засыпала.

В один из таких вечеров мы разработали нашу легенду. Я и Джаред должны были сыграть супругов, которые приехали из горных районов Лии на побережье, чтобы посмотреть столицу. Ален и Эрайн приходились мне кузенами. И в этом был смысл. Черты лица, что у меня, что у эльфа были тонкие, если присмотреться, между нами можно найти некоторое сходство. Учитывая то, что на Лие соплеменников Эрайна не видели хайдашеву кучу лет и уже забыли, как лоэл’ли выглядят, это могло сработать. Если, конечно, никто не обратит внимания на необычную форму ушей принца.

Ален тоже имел миловидные черты лица, так что вполне подходил на роль младшего братца Эрайна.

В общем, такой расклад устроил всех, кроме эльфа. Но так как лучшей идеи принц предложить не смог, ему пришлось смириться.

– Что ж тогда осталось внести последние штрихи, – сказала я, довольно потирая руки. – Ален, как ты смотришь на то, чтобы перекраситься в блондина и подстричься.

– Это необходимо?

– Если ты не хочешь, чтобы в тебе узнали орол’шай, да.

– Согласен.

– Райн?

– Что? – принц встретился со мной взглядом.

– Тебе бы не мешало укоротить длину шевелюры.

– А может навести иллюзию? – предложил принц. – Можно немного изменить черты лица, форму ушей…

– Если рядом окажется очередная антимагическая штуковина, то от твоей маскировки ни Хайдаша не останется.

– Не говоря уже о том, что на Лие не так уж и мало магов, – добавил Джад. – Они могут заметить, что с твоей внешностью что‑то не так.

– Стрижка, так стрижка, – как‑то отрешенно сказал принц.

Сначала я коротко подстригла Алена. Затем перекрасила ташэ волосы и брови в серебристо‑белый цвет. Ресницы у ташэ были и так белесые. После изменения облика наш проводник стал выглядеть совсем юным, безобидным и незаметным, каким‑то бесцветным – даже голубые глаза орол’шай стали казаться светлее. Брюки и рубашку Алену подобрали из запасов полувампира и эльфа. Одежду пришлось укоротить и перешить, но, слава богам, Ален довольно умело управлялся с иглой и нитками. А вот с обувью возникли проблемы – орол’шай предпочитали ходить босиком, да и у нас в запасе лишней пары обувки не было. Так что отправиться в путь проводник должен был в веревочных сандалиях.

Я очень надеялось, что ни на странность внешнего вида Алена, ни на основательно подштопанную одежду мужчин никто не обратит внимания. Во всяком случае, сразу. А при первой возможности мы раздобудем местную одежду.

Ален ушел. Джаред лег спать, вставать ему завтра до рассвета – ночные дежурства решили не отменять. Наше недоверие с орол’шай было взаимным.

Мы с Эрайном вышли в сад.

– Ну как? Готов? – спросила я эльфа.

– К чему?

– Лишиться… – так и подбивало сказать «невинности», мне какое‑то извращенное удовольствие доставляло подкалывать принца, но я сумела с собой совладать. – Лишиться своей шевелюры.

– Приступай, – Эрайн нервно усмехнулся.

Парень разделся по пояс, уселся на расстеленное на земле полотно.

Странно, но Эрайн, в отличие от Алена, не выглядел бесцветным или незаметным. Длинная серебристая коса, пепельные брови, длинные пушистые ресницы, миндалевидные глаза цвета молодой листвы – все это привлекало внимание, удерживало взгляд. При этом принца ни в коей мере нельзя было назвать женственным. Черты лица резкие, телосложение, хотя и худощавое, но хрупким его не назовешь. Сейчас Эрайн, по меркам лоэл’ли, еще юноша, но мне вдруг стало безумно интересно, как принц будет выглядеть лет через двадцать пять, когда уже по праву будет называться взрослым мужчиной… Впрочем, сама я Райна как избалованного мальчишку, эльфенка, давно не воспринимала, он сильно вырос за последние несколько месяцев. Большей частью психологически, но и внешне как‑то… не знаю… возмужал.

Провела ладонью по волосам парня, взяла косу в руку. Толстая, тяжелая, шелковистая и завораживающе красивая. Вторая рука с ножом замерла.

– Не жалко? – неожиданно для себя самой спросила я.

– А это имеет какое‑то значение? – ответил вопросом на вопрос эльф.

– Нет… Просто… Тебе идут длинные волосы. Я подумала, сколько труда стоило такую косу отрастить…

– Магия, Ри. Просто магия. Никакого труда. Режь, давай.

Возникла мысль, что смотримся мы с эльфом несколько двусмысленно. Обнаженный по пояс парень сидит на земле, покорно склонив голову. Я стою за его спиной с ножом в руке, намотав косу принца на руку.

А ведь Эрайн мне полностью доверяет. Сейчас я легко могу перерезать ему горло, или воткнуть нож под лопатку, или… убить его десятком других способов. И принц никак не сможет мне помешать, просто не успеет.

Резко взмахнула ножом и отрезала косу чуть выше плеч. Затем подравняла волосы эльфа ножницами. Чуть взлохматила шевелюру принца и сделала пару шагов назад, чтобы полюбоваться делом рук своих.

– Хорошо получилось, – сказала я и поняла, что не соврала.

Волосы Эрайну я укоротила до подбородка. Острые уши лоэл’ли были почти незаметны между свободно лежащих серебристых прядей. А еще такая прическа немного скрывала нечеловечески узкое лицо принца.

– Тебе нравится? – поднял бровь Райн.

– А это имеет какое‑то значение? – усмехнулась я.

 

* * *

 

После того, как уже принц отправился на боковую, я занялась своей внешностью. Мой истинный цвет волос должен был помочь в переговорах с орол’шай, но хэйгэ его показывать ни в коем случае не следовало. А значит, опять настала пора перекрасить волосы.

На этот раз я решила стать брюнеткой. Рыжий цвет волос вкупе с голубыми глазами мог кого‑то на Лии натолкнуть на мысли об орол’шай. Учитывая, что к нашей компании присоединился житель Огненных островов, это было крайне нежелательно.

Закончив покраску, я посмотрела на себя в отполированную металлическую пластину… А что? Пожалуй, мне идет. Интересно, а Джаду изменения в моей внешности придутся по душе?.. И тут же больно ущипнула себя, бросила зеркало обратно в заплечный мешок. Это с каких пор меня интересует, что обо мне думают другие?!

Стала брюнеткой? Ну и что с того? Этот цвет волос хорошо сочетается с моей бледной кожей, цветом глаз. Опять‑таки, брови и ресницы, у меня, как и всех эйсин, от рождения темные, почти черные, а иная растительность на теле, так и вовсе отсутствует.

Все! Спать, спать, спать. Завтра тяжелый день. Утром мы опять отправляемся в путь.