Рийна Ноорваль

10‑й – 13‑й дни Атанарил‑лин

223 года от О. В.

Последние три дня между собой почти ничем не отличались. Нет, менялась погода и пейзажи за бортом, но вот у нас с Джаредом в отношениях нарисовалась некоторая стабильность. Можно даже сказать, что между нами установилось шаткое перемирие.

Я заметила, что контрабандист очень мало спит – всего‑то по три часа пару раз в сутки. Правда, теперь он предпочитал отдыхать в своей каюте и в моей компании. Но я не жаловалась и вообще повышенному вниманию вампира‑полукровки не противилась, отчасти потому, что сама была не против (все‑таки опыт в некоторых вещах имеет огромное значение). К тому же я прекрасно понимала, что такое тесное времяпрепровождение может весьма позитивным образом отразиться на моей жизни. Но было и еще кое‑что. Я наконец перестала заниматься самообманом и признала, что как мужчина Джаред мне очень нравится. Вот если бы он еще не был такой сволочью и не строил планы, как меня поскорее в пламенные объятия Хайдаша отправить… С другой стороны, опасность щекочет нервы и вообще тонизирует, да и сама личность Капитана весьма интригует. И потом, разве у меня есть выбор?

Устроить мне допрос Джаред пока больше тоже не пытался, но иногда я ловила на себе его задумчивый и какой‑то оценивающий взгляд. Может, вампирюга решил дать мне небольшую отсрочку? Ведь разобраться с моей персоной можно и в окрестностях Вольгорода…

Не знаю.

Надеюсь, что это так и у меня еще есть время.

В то, что Капитан забыл про свои кровожадные планы насчет одной неудачливой воровки, мне как‑то не верилось…

Распахнулась дверь, и в каюту вошел Сажа с подносом.

Всё правильно. Сейчас как раз обеденное время, а обязанность приносить еду и забирать грязную посуду плотно закрепилась за этим сорванцом. К слову, с Эрихом мы уже успели стать самыми что ни на есть настоящими друзьями, и частенько мальчишка просиживал со мной часами. А что? У Капитана обычно не хватало на него времени, а общаться с матросами Саже было скучно и неинтересно. Другое дело я. О нет, я вовсе не переоцениваю себя, отнюдь – все гораздо проще и тривиальнее. Я, стараясь быть интересной для Эриха, рассказывала ему различные весьма любопытные для парня тринадцати лет истории. К тому же не последнюю роль играло и то, что я молодая и привлекательная женщина, а Эрих, хотя, скорее всего, сам этого еще не понимает, испытывает ко мне отнюдь не сыновьи чувства. Разумеется, я никогда не опущусь до того, чтобы соблазнить ребенка, но вот интерес и некоторая увлеченность Сажи могут помочь мне в будущем. И слепой бы заметил, что мальчишка на Капитана имеет большое влияние.

Пока я предавалась размышлениям, Эрих уже успел накрыть на стол и, более того, даже приступить к трапезе.

Стоп. А вот это уже совсем неправильно.

– Приятного аппетита. – Я улыбнулась мальчишке и как бы невзначай спросила: – А где Капитан? Или он уже поел?

После той памятной ночи мы всегда трапезничали с Джаредом вместе. Сажа же к нам не присоединялся ни разу. Если же Капитан вдруг решил отойти от этого правила и пригласить к столу своего воспитанника, то где, скажите, третья порция и где сам Капитан?

– Не! Он сегодня не в настроении, – отмахнулся Сажа, с аппетитом уплетая кашу. – Велел мне тебе компанию составить.

А вот это мне уже совсем не нравится… Да и ночью он сегодня какой‑то отстраненный был. Неужели?.. Да нет! Не может быть, чтобы я ему наскучила!

– Не в настроении? – переспросила я. – Почему?

– Так дельта Велайи скоро, считай, самый сложный участок пути. А наши тут недавно аж три эльфийских корабля углядели. Чудо, что те нас не заметили.

Я незаметно облегченно вздохнула. Ну да, кажется, все не так страшно.

Фраза Сажи про эльфов хоть и вызвала некоторое беспокойство, но в том‑то и дело, что некоторое. Джаред для меня сейчас гораздо опаснее, чем обретающиеся где‑то поблизости ушастые.

– А что с этой дельтой не так? Там вроде затеряться еще проще, чем в море?

– Не‑а, – покачал головой парнишка, – ты же слышала небось, что там сейчас болота?

Я кивнула.

– Так вот, – продолжил воспитанник Капитана, – большинство проток сильно обмелели. Ушастые только за одним руслом следят.

– А оно, наверное, совсем не широкое, – задумчиво протянула я. – Хочешь сказать, что мы по этому самому руслу пойдем?

– Нет, конечно! Обойдем опасное место болотами. То есть не болотами, ну, в общем, по некоторым из тех проток тоже можно пройти. Просто идти нужно очень медленно и осторожно, ведь можно не только на мель сесть, но и на какую‑нибудь подводную скалу напороться, да и на дне там полно затонувших кораблей, остовов разрушенных мостов… К тому же дельту мы обычно проходим ночью, и туман сильный там часто бывает.

– Великолепно, – резюмировала я. – То есть мы пойдем вслепую и на ощупь, а вокруг нас в это время будет еще курсировать стая лоэльских корабликов. Кажется, я понимаю, почему нервничает Джаред.

– Ага, – тщательно облизывая ложку, кивнул Сажа и с умным видом продолжил: – К тому же Капитан говорит, что ушастые сегодня слишком активны.

– В смысле?

– Ну обычно мы вообще ни одного их корабля не встречаем. А тут сразу три!

Мы еще немного пообщались с Эрихом, а потом мальчишка убежал. На палубе ему сейчас было интереснее, чем со мной. Неудивительно, ведь дельта скоро, и, если повезет (хотя это очень спорный вопрос), можно даже эльфийский корабль увидеть.

В гордом одиночестве я просидела почти до самого вечера. Несмотря на некоторое потепление наших с Джаредом отношений, я все еще оставалась пленницей, и выгуливали меня строго два раза в сутки.

На прогулку меня сегодня вывели раньше обычного. Как мило и доходчиво объяснил Сажа, чтобы я не путалась под ногами после захода солнца, когда корабль войдет в дельту Велайи.

Капитана я увидела только на палубе, и мне хватило одного взгляда на него, чтобы понять – сейчас ему точно не до одной приблудной Ночной гостьи.

И все же попытаться стоило.

– Джаред… – начала я.

– Нефрит, только не сейчас, ладно, – поморщился контрабандист. – Тим, присмотри за нашей гостьей, чтобы она случайно за борт не сиганула.

Великолепно, от меня отмахнулись, как от надоедливой мухи!

Кстати, о мухах и прочих насекомых. За все время путешествия ни разу на корабле Джареда даже мелкой мошкары не замечала, а сейчас… Оно и видно, что скоро болота!

Джаред отвернулся, будто бы уже и забыл о моем существовании, и направился на нос корабля. Очень хотелось окрикнуть его или еще как‑то остановить, но я понимала, что будет только хуже.

Сажа тоже меня бросил, увязался за Капитаном. Ну да, ему же бояться нечего. Его‑то Джаред не планировал в скором времени отправить на корм рыбам.

Что ж, значит, придется наслаждаться пейзажами в гордом одиночестве. Осмотрюсь по сторонам, подумаю, тем более что я уже давно решила, что лучшего места для побега, чем дельта реки, не сыскать. Нет, конечно, лучше, если бы мы вообще пристали к суше. Но когда это случится, либо я буду уже кормить рыб на дне, либо за мной будут так следить, что я даже почесаться незаметно не смогу.

Я направилась к борту корабля. И тут же мне дорогу преградил здоровый бородатый детинушка.

– Так вот ты какой, Тим, – задумчиво пробормотала я, рассматривая препятствие. А как еще можно назвать эту гору мускулов под два метра?

Гора тем временем двигаться не собиралась и так же задумчиво рассматривала меня свысока.

– Может, все‑таки пропустишь?

– А за борт не сиганешь? – прищурился Тим.

– Издеваешься? Зачем мне это?

– Ну не знаю, – бородач невразумительно пожал плечами, – мало ли что в твою девичью голову взбредет. А мне потом отвечать.

– Хайдаш‑ш, – прошипела, – да не самоубийца же я!

Тим задумчиво поскреб бородатый подбородок и кивнул.

– Ну да, вроде не похожа… Ладно уж, иди. Но помни, я за тобой смотрю.

– Об этом сложно забыть, – раздраженно буркнула я.

Хм‑м… Интересно, Джаред специально ко мне такого идиота приставил? Или просто первому попавшемуся матросу за мной присматривать приказал? А может, этот Тим и не такой уж идиот, ему действительно попадет, если со мной что случится. Да и репутация у меня на корабле более чем специфическая, не думаю, что многие удивятся, если я за борт сигану…

Ага, как же, искупаешься тут, когда плавать не умеешь. Ни за что бы не выбрала такой извращенный способ самоубийства!

Несмотря на то что к кораблю я уже почти привыкла и чувствовала себя на нем довольно комфортно, на воду вблизи от судна все равно старалась не смотреть. Ведь когда смотришь вдаль, легко представить, что находишься на берегу или, в крайнем случае, на каком‑нибудь острове. Особенно после того как я научилась на качку не обращать внимания.

Я огляделась. Последний раз выгуливали меня рано утром, и за добрый десяток часов пейзаж за бортом неожиданно сильно изменился. И не только пейзаж – воздух стал другим! Сидя в каюте, я не могла толком разницу ощутить, но сейчас… Несмотря на то что солнце уже клонилось к закату, было очень жарко, влажно и душно. Пахло какой‑то гадостью – то ли прелой листвой, то ли просто тухлятиной, притом возникало какое‑то непередаваемое, мерзкое ощущение, что воздух липкий и вязкий. Я передернула плечами.

Не раз слышала, что болота дельты – огромный рассадник заразы и одно из самых ужасных мест на Тауре. И, похоже, в этих историях многое правда… Даже не верится, что эти чистюли‑эльфы тут город поставили!

А еще изменились скалы. Если раньше они больше всего напоминали безжизненных истуканов и редко где можно было заметить пучок желтой травы, не говоря уже о другой растительности, то теперь все было иначе. Многих исполинов овивали вьюнки и лианы, притом последние покрывал еще какой‑то бурый и на вид очень неприятный мох. На тех скалах, которые мы проплывали, такой зелени было еще немного, но дальше, насколько я могла рассмотреть, ее становилось все больше. Но мало того – лианы создавали настоящую паутину между близко стоящих скал.

– Здесь водится кто? – спросила я у застывшего молчаливой глыбой Тима.

– Где?

– Ну в этой зелени и в воде.

– А зачем это тебе? Уж не надумала ли ты все же искупаться? – напрягся Тим.

– Нет, – отмахнулась я, – просто интересно, какая живность на болотах и поблизости водится.

– А‑а‑а, – немного успокоился мой охранник, – водиться‑то водятся, но болотные твари, они такие, большую воду не любят, да и на глаза показываться не любят. Там, где наша «Грета» обычно проходит, вроде никого опасного нет. Ну так Капитан во всяком случае говорит.

– Капитан, – кивнула я, – тогда понятно.

Джаред может говорить своим людям все что угодно, главное – лишний раз не волновать и не пугать.

– А на лианах? – продолжила я допрос. Тим, конечно, источник информации никудышный, но за неимением других и этот сойдет. И уж если мне в дельте реки представится случай слинять с «Греты», то любая информация, даже такая, не будет лишней.

– Да всякая мелкота, шушера, ничего опасного… – Бородач ненадолго задумался и по привычке почесал подбородок. – Разве что ящерицы‑летяги. Пару раз запрыгивали к нам на корабль, Капитан сказал, что они ядовиты, но нужно сильно исхитриться, чтобы дать такой мелюзге тебя укусить…

За полчаса прогулки я узнала от Тима не много, пожалуй, наиболее неприятной для меня новостью оказалось то, что кровососущей мошкары, которая донимала меня с самого выхода на палубу, на болотах будет еще больше.

Ах да, чуть не забыла. Никого, кроме меня, насекомые не кусали по той простой причине, что Джаред выдал всем матросам какую‑то мазь, а мне – то ли забыл, то ли не посчитал нужным.

 

Этой ночью в каюте было удивительно жарко и душно, отчасти потому, что пришлось плотно закупорить все щели. У Джареда я все‑таки выпросила репеллент и обмазалась им с ног до головы, но некоторые кровососущие твари все равно находили мое тело аппетитным. Только, к сожалению, к их числу нельзя было отнести самого вампира‑полукровку, так как он остался ночевать на палубе.

Насупленного, чуть не плачущего Сажу контрабандист привел сразу после захода солнца. Мальчишка чуть ли не на коленях упрашивал Капитана разрешить ему остаться на палубе, но полувампир был непреклонен. И мне, и Эриху он строжайше запретил даже нос показывать из каюты, а также настоятельно попросил вести себя как можно тише.

Дверь захлопнулась, Капитан ушел, а каюта погрузилась в кромешную тьму. Разумеется, нам ни озаряющего шара, ни какого‑либо иного источника света не оставили. Впрочем, для моих обретших былую чувствительность глазок эта темнота не была помехой.

Некоторое время я развлекалась тем, что вытирала сопли своему «сокамернику». Бедняжка Эрих долго не мог успокоиться. Он попеременно то шмыгал носом и чуть ли не ревел, проклиная предателя Капитана, то порывался колотить в дверь и упрашивать Джареда выпустить его на палубу. Немного угомонился мальчишка только часа через полтора. Очень вовремя, кстати! К тому времени меня уже выше крыши достала роль няньки, и я из последних сил сдерживалась, чтобы не отвесить мальчишке парочку оплеух.

В конце концов от Эриха удалось добиться вразумительного ответа. Все оказалось очень просто. Так как сегодня ночью корабль проходит дельту Велайи, Сажу отправили подальше с палубы, чтобы не мешался и под ногами не путался. Несмотря на то что «Грета» из рейса в рейс преодолевала дельту без каких‑либо неприятностей, Джаред не расслаблялся и все время ждал беды. Нет, не так. Капитан просто был готов к любому стечению обстоятельств.

Тут я вампира‑полукровку понимала лучше, чем кто‑либо другой, ведь самой довелось почувствовать на своей шкуре, что везение рано или поздно заканчивается… Но как эту простую истину объяснить разочарованному и обиженному мальчишке? Да и вообще, стоит ли?

Сидеть взаперти нам предстояло в лучшем случае до утра, а то и того дольше. А вот спать не хотелось. Совсем. Общая нервозность, которая, казалось, витала в воздухе, захватила и меня. Более того, меня настойчиво преследовало чувство, что скоро случится что‑то очень и очень нехорошее. Я старалась гнать от себя плохие мысли, но не получалось.

Настроение было паршивое. Еще бы, все мои более чем приблизительные планы на побег развалились как карточный домик.

И с чего я взяла, что в дельте будет легче всего убежать с корабля? Наивная! Я даже из каюты выйти не могу… Ладно, допустим, могу. Нет, тут даже сомневаться нечего, особенно если Джареда поблизости не будет. А дальше что? Пробежать по палубе и рыбкой нырнуть за борт? И зачем? Чтобы сразу камнем уйти на дно? Лучше быть гостьей вампира‑полукровки, нежели Хайдаша. Что ж, остается только ждать и надеяться, что случай сбежать мне еще представится.

Рассмотреть в мутные стекла иллюминаторов толком ничего не удавалось. Время от времени я скорее угадывала, чем видела, очертания скал за бортом. На самом корабле царила тишина, казалось, что он вообще вымер. Как я ни напрягала слух, смогла уловить лишь почти неразличимые шепотки да какие‑то тихие, будто крадущиеся шаги. Ну и скрип снастей, разумеется.

Сажа тоже не спал. Свернувшись клубочком в кресле, сорванец еле слышно выбивал какой‑то заковыристый ритм на деревянном подлокотнике.

– Эрих! – Я очень тихо позвала мальчишку: раз все равно ничего не могу сделать, то уж лучше с ним поговорю. Так и сама успокоюсь, и Сажу отвлеку, а то как бы наш сорванец каких‑нибудь глупостей не наделал. Ну или я. В последнее время я тоже на глупости горазда.

Следующую пару часов мне скрасила беседа с капитанским воспитанником. Мне удалось отвлечь Эриха от грустных мыслей и даже вызвать на его лице улыбку, я тоже сколько‑то расслабилась. Но краем сознания я продолжала следить за ходом корабля. Слышала, как тихо‑тихо скрипят весла в уключинах (Капитан еще вечером приказал спустить весла на воду, так как идти приходилось против течения, а попутного ветра не было). Чувствовала, как уже привычно качается пол под ногами.

А еще я сканировала окружающее пространство, используя отнюдь не органы слуха, а свое чутье. Я давно научилась регулировать охват действия своего дара, и обычно его радиус не превышал нескольких десятков метров, а в спокойной обстановке и того меньше. Постоянно сканировать и анализировать больший объем информации тяжело, да и вообще чревато сильной головной болью. Сейчас же я раскинула поисковую сеть так далеко, что, казалось, еще немного – и рухну в обморок от переутомления. Не знаю, но что‑то упорно подсказывало, что сейчас мой дар в очередной раз может спасти мне жизнь.

Наверное, именно поэтому говорил больше Сажа, а я лишь задавала уточняющие вопросы и поддакивала в нужных местах.

Вдруг я почувствовала что‑то. Далеко. Очень далеко, почти на границе охваченной моим чутьем области. Я пока еще не могла сказать, что там притаилось за существо, ясно только, что оно разумное. Ничего я не могла сказать и о количестве. Хотя вроде… да, точно, их как минимум несколько… Нет, больше! И там два вида родственных по крови существ!

Обнаруженных с помощью дара существ всегда невероятно сложно привязать к реальной местности. Максимум, что я могла определить, и то с трудом, это примерное расстояние до них и направление. Правда, когда ты местность хорошо знаешь или видишь, определить местонахождение существ все‑таки можно, но сейчас это точно не наш случай.

Что делать?! Сказать Джареду, что в той стороне, куда плывет «Грета», ощущается кто‑то разумный?.. А я ведь даже не знаю, как далеко они от корабля находятся. Наверное, где‑то в километре от нас. Обычно мне такое расстояние и с зельями не покрыть, но сейчас сказывалось то, что окружающая территория полностью пустынна, да и я сосредоточилась на поиске как никогда раньше…

Но что же делать?!!

Ведь теми замеченными мною существами, скорее всего, являются эльфы и их выкормыши‑полукровки. Недаром же я заметила сродство крови… Да, точно они, больше некому! Только вот не факт, что лоэл’ли заметят нас… Хотя плывем‑то мы в ту сторону!

Я злобно выругалась и тут же потеряла контакт. То ли я слишком задумалась, то ли отвлек Сажа, который настойчиво меня тормошил.

– Нефрит! Эй, Нефрит, ну ответь же! Неф… – В голосе мальчика уже отчетливо слышались панические нотки.

Интересно, насколько я выпала из реальности и как давно мальчишка пытается привлечь мое внимание?..

Впрочем, все это сейчас совершенно неважно!

– Эрих, только не сейчас, – отмахнулась я от сорванца. – Ничего не говори и, всеми богами заклинаю тебя, даже не прикасайся ко мне! Иначе я за себя не отвечаю.

– Но Неф… – обиженно и несколько обескуражено начал Сажа.

– Цыц!!! – рявкнула я, уже даже не пытаясь приглушить голос.

– Эй, вы там! Потише! – негромко окрикнули нас из‑за двери.

– Молчим мы. Молчим! – отозвалась я.

Правда, мои слова в большей степени относились к Саже, которому я их буквально прорычала на ухо.

И тихо, чтобы слышал только один Эрих, добавила:

– Ты понял?

Мальчишка кивнул, а потом, видно подумав, что в такой кромешной тьме я это просто могла не заметить, обиженно сказал:

– Да.

– Вот и умница.

Кажется, я только что подарила Хайдашу все свои попытки приручить этого звереныша. А, неважно все это сейчас!

Я вновь полностью отрешилась от мира и раскинула сеть. Теперь неизвестных я почуяла сразу, да и расстояние до них сократилось почти вдвое.

И все же кто это?!!

Не знаю, сколько секунд или все же минут я напряженно вслушивалась. А потом меня будто огрели чем‑то по голове – и пришло осознание.

Эльфы… Четверо эльфов. Всего в нескольких сотнях метров от меня находятся четверо эльфов! Более того, ушастые не одни, а в компании с несколькими десятками дэйш’ли.

Это не плохо, это очень‑очень плохо!.. А еще я могла с определенной уверенностью сказать, что за то время, которое прошло с того момента, как я засекла их в первый раз, эльфы не сдвинулись с места. По крайней мере существенно.

Я буквально вывалилась в реальность.

Хайдаш!!! Мало того что поблизости эльфы… Нет, все гораздо хуже! Либо Джаред заблудился и мы находимся поблизости от какого‑то эльфийского поселения. Но вот только в такую оплошность Капитана ни за что не поверю. Или… Или ушастые кого‑то поджидают. Ну не верю я, что сразу четверо эльфов, да еще с таким сопровождением, решили устроить пикник посреди болот.

Что же делать?!

Предупредить Джареда? Но как я ему объясню, откуда узнала про ушастых? И вообще, кто сказал, что он поверит мне?..

К Хайдашу всё! К нему, клыкастому! Я должна Капитана предупредить!!!

Я сорвалась с лавки и метнулась в сторону двери.

Вдруг корабль резко дернулся, натужно заскрипел и замер.

Меня шарахнуло в сторону, и я только каким‑то чудом не приложилась головой о низко висящую балку. Сверху посыпались какие‑то книжки и стопки бумаг.

Быстро огляделась. Чуть ли не половина капитанских вещей, до этого вроде надежно закрепленных на стенах, оказалась на полу.

Сажа навернулся с кресла, а сверху на него еще обрушилось несколько каких‑то свертков, да и бумагами солидно припорошило.

– Ты как? Жив?

– Ага. А что…

– Не знаю. Подожди…

Матросам на палубе и в трюме, похоже, тоже досталось. Крики боли и ужаса перемежались с ругательствами и какими‑то суматошными командами Джареда.

И тут вдруг я заметила еще кое‑что. Пол каюты под ногами не качался. Вообще! Как будто мы и не на корабле находимся вовсе, а на твердой земле.

Да что же такое происходит?!!

Я с силой толкнула дверь и… В этот момент пол в очередной раз ушел из‑под ног, и я кубарем вылетела на палубу. Судорожно вцепилась в какую‑то веревку.

Корабль резко дернулся. А потом еще. И еще!

С каждым рывком судно все сильнее клонилось на правый борт и, когда я уже испугалась, что мы вот‑вот опрокинемся, остановилось. И с этим чудовищным креном градусов в тридцать, никак не меньше, начало поворачиваться… И не куда‑нибудь, а в сторону притаившихся эльфов! Неужели нас не только заметили, но еще и хотят захватить живьём?!

«Грету» буквально лихорадило. Ломались какие‑то снасти, рвались веревки, кажется, даже треснула мачта. Я видела, как несколько человек улетели за борт.

С креплений сорвалась восьмиместная шлюпка. Вращаясь и ломая все на своем пути, она понеслась прямо на меня.

Хайдаш?!! От такой махины не увернуться!

Еще крепче ухватившись за веревку, я оттолкнулась от палубы и подпрыгнула вверх, пропуская лодку под собой. Удалось… почти…

Киль шлюпки здорово ободрал мне бок.

Я рухнула на палубу. Приложилась пораненным боком так, что на миг потемнело в глазах. Ну почему мне все время так не везет?!!

Уже никто не пытался ничего сделать, все матросы судорожно цеплялись за корабль, иначе давно бы отправились в воду. Я тоже держалась за веревку. Точнее, уже висела на ней и при каждом рывке корабля больно ударялась о палубу. Да еще как‑то пыталась уворачиваться от летевших со всех сторон обломков досок и снастей.

Во время одного такого рывка, отозвавшегося болезненным стоном во всем теле корабля, лопнула и моя веревка. Я прыгнула вперед, в безумной надежде ухватиться за что‑то… Но тут корабль в очередной раз дернулся, и мои руки схватили лишь пустоту.

С какой‑то странной отрешенностью, которая бывает только во сне, я поняла, что если не ухвачусь за борт корабля, то всё. Конец.

Кто‑то схватил меня за запястье, рывком подтащил к себе.

Джаред! Никогда не думала, что буду так рада его видеть!

– Ну же! Держись! – прорычал мне Капитан. Я ухватилась за какой‑то не то поручень, не то балку.

Не знаю, сколько еще времени «Грету» лихорадило. Может, пару минут, может, больше, а потом всё замерло. Более того – даже крен стал уменьшаться.

Джаред осторожно поднялся на ноги, я последовала его примеру.

– Капитан! Мы движемся! Корабль движется!!! – истошно закричал кто‑то.

Все тут же бросились к бортам.

«Грета» действительно двигалась. Не знаю как, но двигалась. Палуба не качалась, я вообще никакого движения волн под собой не ощущала, паруса висели порванными тряпками, большинство весел поломалось и утонуло, но это «Грете» не мешало. А в паре сотен метров по курсу корабля темнела громада острова. Нас там ждали. Я хорошо смогла рассмотреть несколько десятков фигурок, тем более что эльфы воткнули в землю какие‑то магические светильники.

Радовало только одно – корабль двигался очень и очень медленно, можно сказать, еле полз. Да и ход у корабля был плавный, без таких, как раньше, рывков.

– Все с корабля! – закричал Джаред. – Быстро!

– Что? – опешила я.

– До другого берега меньше сотни метров. Выберемся, – успокоил меня Капитан. – Где Сажа?

– Был в каюте.

Джаред тут же бросился за своим воспитанником.

Матросы заметались по палубе. Кто‑то кинулся в трюм. Кто‑то уже скидывал с себя излишки одежды и разувался. Кто‑то привязывал к спине какой‑то черный, блестящий даже в лунном свете мешок.

А кто‑то уже прыгал за борт…

Вот из каюты выбежал Джаред с Сажей. У Капитана за спиной был приторочен такой же черный мешок, как и у других. Полувампир сиганул вместе с мальчишкой в воду.

Меня дернули за руку и настойчиво потащили к борту.

– Ты чего ждешь? Быстро в воду! – прокричал Тим.

– Я плавать не умею!

– Что?!

Воспользовавшись заминкой, я выдернула руку и отскочила подальше.

– Что слышал, – уже спокойнее сказала я. – Плавать не умею.

И засмеялась.

Матрос посмотрел на меня как на полоумную и выпрыгнул за борт.

У меня начиналась тихая истерика. Я сидела на палубе и безумно, истерично хохотала.

Вот. Допрыгалась.

Вот тебе и отсрочка.

Матросы, еще оставшиеся на корабле, не обращали на меня внимания. Ну да, правильно, что на покойников внимание обращать, ведь еще пара минут – и на судне останусь только я и трое тяжело раненных.

Очередной матрос с довольно большим мешком за плечами (видно, жадность замучила, решил побольше добра с собой захватить) сиганул за борт. И тут же отскочил обратно. Он будто налетел на какую‑то невидимую пружинящую массу, которая оттолкнула его обратно на палубу. Старогородец тут же попытался выпрыгнуть еще раз – с тем же результатом. Вскоре к бедолаге присоединились и остальные матросы. Они пытались спрыгнуть в воду с обоих бортов, с носа, с кормы. Всё без толку. Один бедолага даже на мачту полез…

Я знала, что у них ничего не получится – эльфы наконец додумались окружить добычу коконом. Непонятно только, почему они этого сразу не сделали? Может, у этого заклинания дальность ограничена? Или они всполошились только после того, как увидели, что добыча выпрыгивает за борт? Ведь явно целью эльфов был не пустой корабль, им живые нужны, чтобы было над кем поглумиться…

На корабле нарастала паника, но я, как ни странно, успокоилась. Не знаю, возможно, помогло осознание того факта, что не я одна в ловушку попалась.

Подошла к борту, вытянула руку и тут же нащупала кокон. Студенистая, ячеистая масса – все как Серый и рассказывал. При должном умении такой кокон можно порвать, но тут нужны сердолловые клинки и специальные зелья. Свои клинки я, может, и смогу найти, а вот нужных зелий у меня с собой точно нет, и уж тем более нет ни времени, ни ингредиентов, чтобы их на корабле приготовить. Да и бить нужно не куда‑нибудь, а по узловым точкам, которые не так‑то просто отыскать.

Я услышала очередные испуганные крики матросов и оглянулась.

В слабом свете луны и звезд я хорошо видела растянувшуюся цепочку пловцов. Несколько человек уже добрались до берега… Счастливцы! Очень надеюсь, что Сажа спасся, да и Джаред тоже. А вот остальным, особенно тем, кто еще далеко от берега, боюсь, встретить рассвет не удастся. За кораблем закрутилась и стала быстро подниматься огромная волна. Потом она сорвалась, как стрела, пущенная из лука, и, сметая все на своем пути, устремилась к далекому берегу… Тридцать секунд томительного ожидания, и матросы взорвались радостными криками – волна спала, и несколько голов все‑таки вынырнуло на поверхность.

Только радовались матросы очень преждевременно – формировалась вторая волна.

Надеюсь, что Тим тоже выплывет. Все‑таки он из‑за меня задержался и прыгал одним из последних. Очень надеюсь. Такима‑покровительница, пожалуйста…

За спиной раздался жуткий грохот, и палуба опять содрогнулась под ногами. Я резко обернулась, неужели… Нет, просто один неудачник‑матрос решил спрыгнуть с мачты. Только вот кокон отшвырнул его обратно, и теперь бедолага лежал кучкой изломанных костей на палубе. Чудо, как он в трюм не провалился! Глупая и страшная смерть.

Впрочем, нас всех, если ничего не предпримем, ожидает кое‑что похуже.

Что же делать мне? Покончить с собой или все‑таки попытаться продать свою жизнь подороже? Да я вряд ли даже какого‑нибудь дэйш’ли завалю, а об эльфе и мечтать не приходится! К этим магам, Хайдаш их побери, близко вот так просто не подберешься…

Не хочу умирать! Не хочу!!!

После всего того, что я пережила, покончить с собой? Это так… обидно. Глупо, нечестно, несправедливо!

Стоп! А кто сказал, что меня ушастые сразу убьют или до смерти замучают? Я ведь полукровка, то есть теоретически довольно ценный материал для их генетических изысканий… А что? Это шанс! Сбежать от эльфов на суше, думаю, будет всяко легче, чем от вампира‑полукровки на море. К тому же покончить с собой, если что, я всегда успею. Так что мы еще побарахтаемся…

Для начала нужно узнать, что обо мне известно моим собратьям по несчастью.

Я подошла к матросам, которые собрались кружком вокруг спрыгнувшего с мачты неудачника.

– Что собираетесь делать? – спросила я.

– А есть что предложить? – горько усмехнулся невысокий жилистый матрос. – А то минут через десять за нас эти, – кивок в сторону острова, – возьмутся.

– Нет, – покачала головой я, – просто спрашиваю, какие планы.

– А планы простые, – мрачно сказал другой, – умереть. Вот решаем, кто кого к Хайдашу отправит.

– Ага, – нервно усмехнулся третий. – При нынешнем раскладе Хайдаш всяко предпочтительней будет.

– В чем тогда проблема?

– Дык никто не хочет последним уходить.

– Ясно… – протянула я.

Мне действительно было все ясно. Никто из матросов не хотел кончать жизнь самоубийством. Может, потому, что не был уверен в своих силах, а может, потому, что самоубийц очень не любит Фиерт, и им по‑любому дорога в Пекло.

– Помощь нужна? Не бойтесь, рука не дрогнет, и вообще все сделаю так, что даже не почувствуете.

– А ты сама… – начал один из матросов.

– Хорошо, – прервал его жилистый. – Тогда последним буду я.

Я кивнула и незаметно облегченно вздохнула.

Ну вот и ладненько. Теперь можно не беспокоиться, что матросы могут обо мне что‑то эльфам рассказать. А вот если бы старогородцы сами до самоубийства не додумались или не решились, пришлось бы им помочь. Не уверена, что я сейчас в той форме, чтобы с легкостью завалить нескольких отчаявшихся вооруженных мужчин, да и троих раненых не стоит полностью списывать со счетов… Но если бы матросы не захотели по‑хорошему, другого выхода у меня бы не осталось.

Никаких сомнений и уж тем более угрызений совести у меня нет и не будет. Наоборот, я окажу матросам неоценимую услугу. В отличие от меня у них нет ни единого шанса. Если ушастые и берут в плен людей, то только для того, чтобы со всей тщательностью допросить, а потом устроить показательную казнь.

Так… Значит, мне осталось только избавиться от с’каашей и зелий. Если их найдут на корабле, то могут возникнуть вопросы, а они‑то мне как раз не нужны.

Старогородцы уже распотрошили винные запасы Капитана и теперь старательно напивались.

– Где вещи, что были при мне? – спросила я жилистого.

– Зачем тебе?

– Нужно. Предпочитаю вскрывать вены своим ножом.

– Посмотри в товарном трюме. Там шкаф под лестницей…

Я метнулась в трюм. Несмотря на царящий бардак, шкаф долго искать не пришлось, он был именно там, где сказал жилистый. Похоже, раньше в этом шкафу хранились корабельная казна и некоторые особо ценные товары. Теперь об этом напоминали только несколько чудом уцелевших мелких монеток.

Сверток с моими вещами нашелся на самой нижней полке. К слову, ни денег, ни камушков там уже не было. Интересно, кто мои сбережения позаимствовал? Впрочем, какая теперь разница.

Я схватила клинки и кошель с зельями, бросилась на палубу.

За время моего отсутствия матросов убавилось наполовину. Правильно, бывают моменты, когда смерть оказывается гораздо предпочтительнее жизни, более того, смерть не стоит надолго откладывать, потому что можешь банально не успеть.

Я побежала на корму. Теперь главное, чтобы я не ошиблась в свойствах кокона и чтобы мои манипуляции ушастые не заметили.

У кокона ячейки оказались недостаточно большие, чтобы выбросить весь кошель с зельями целиком, пришлось выкидывать склянки по отдельности. Последними я в воду отправила с’кааши, хотя сердце у меня в тот момент обливалось кровью. Для меня эти клинки были дороже любого золота, но все же не жизни.

– Ты там скоро? Не хочу этим тварям живьем попасться!

Обернулась. Живой матрос на палубе остался один, тот самый, невысокий и жилистый.

Я обошла старогородца кругом, встала так, чтобы оказаться между матросом и берегом. Не думаю, что ушастые смогут разглядеть, что творится за бортом корабля, но лишняя предосторожность не повредит.

– Нож дай.

Мужчина молча вытащил из‑за пояса нож и протянул мне. Руки у него ощутимо подрагивали.

– Как звать‑то тебя? – спросила я.

– Паули…

Резко пырнула в сердце ножом, придержала начавшее биться в агонии тело и медленно опустила на палубу.

– Да упокоит Двуликий душу твою, Паули. Да воздастся тебе по заслугам твоим, да не будет более скорби али печали. Да встретит Араш милосердная на пороге своих Чертогов тебя, Паули… – прошептала молитву. Все‑таки меня мучило некоторое чувство вины, я обещала матросу быструю и безболезненную смерть, а удалось не совсем. Правда, на то у меня были причины.

Я подтащила тело матроса к мачте, усадила так, чтобы он опирался спиной на нее. Пальцы обеих рук оплела вокруг рукояти ножа. Возможно, не очень достоверно, но, надеюсь, эльфы не будут придираться к деталям и подумают, что этот матрос покончил с собой. Будет определенно лучше, если меня в этом убийстве не заподозрят.

Низко пригнувшись и молясь всем богам, чтобы с берега меня не заметили, я бросилась в каюту. Там первым делом стащила сапог и, вооружившись острым как бритва ножом, вскрыла небольшой холмик, притаившийся между большим и указательным пальцами правой ноги. Осторожно выковырнула скрывающуюся под кожей маленькую горошинку размером в полногтя мизинца, не больше. И тут же привычно засунула свою находку за щеку.

Вот теперь я точно готова!

Потому что со мной моя страховка. Моя ликсия. Моя «тихая смерть».

А значит, теперь можно натянуть обратно сапог и ждать. Благо недолго осталось.