— Уверена? — прищурилась я.— Конечно, — опять улыбнулась девушка. — Давно не гуляла по городу в такой интересной компании.

И вот что прикажите делать? Потом Иванова будет ныть и жаловаться на плохую погоду, на то, что замерзла и простыла, станет корить меня за скучную и долгую экскурсию. А если сейчас прогулку сверну, то окажусь виновата, что разрушила личное счастье лучшей подруги.

— Нас Лиска рассказами о памятниках в сон вгонит, — со вздохом произнесла Кэт и обратилась к азиату: — Лучше расскажи о себе. Ты ведь кореец, да?

Ли Су Хен вновь ограничился лишь кивком.

— А где родился? У нас, в Корее или где-то еще?

— В Корее.

— Правда? — переспросила Кэт. — А я уж было подумала, что ты наш, русский. Так хорошо язык знаешь.

Кореец промолчал. Мне же стало интересно, что окажется сильнее: упрямство и непосредственность Кэт или замкнутая эгоистичная натура заморского гостя. В другой ситуации я бы поставила на подругу, но тут сомневалась, что экзотический орех окажется ей по зубам.

— А зачем в Россию приехал? — продолжала допытываться Кэт. — По учебе? Работе? Только не говори, что у тебя здесь девушка, — Иванова кокетливо подмигнула.

— Путешествую, — не удостоив собеседницу взглядом, ответил азиат.

— Здорово! Я вот недавно из Милана вернулась, а до этого по Парижу гуляла… Это Лиска у нас домоседка, нигде не была. Ей не понять, что после Лувра скучный и серый какой-то там бульвар совсем не впечатляет.

Вот зачем лицом в грязь макать, тем более при посторонних? Знает ведь, что у меня нет денег даже лишний раз пообедать в кафе, не то что разъезжать по миру.

— Нет ничего плохого в том, чтобы любить свою страну. Человек без родины хуже бездомной собаки, — философски изрек парень.

На душе стало чуточку теплее, во всяком случае, Ли Су Хен меня скучной и убогой не считал.

— А расскажи про свою родину, — тут же воодушевилась Кэт. — Я про Корею ничего не знаю. Только слышала, что у вас всем заправляет какой-то Ким… то ли Ир, то ли Сен… то ли Чен, кажется, — совсем неуверенно закончила девушка.

— Я из Республики Корея, — сухо сказал парень.

— Ну и?..

— Кореи вообще-то две, Северная и Южная, — пояснила я. — Ли Су Хен, как я понимаю, родом из Южной, а все эти Кимы правили в Северной.

Во взгляде Ивановой читался упрек, будто я виновата, что подруге лекцию про родину азиата не прочитала.

К своему стыду я должна была признать, что знала о Корее немногим больше Кэт. Собственно, мои знания и ограничивались лишь тем, что Кореи две: на севере вроде бы тоталитарный режим, а на юге капитализм. Не интересовалась я никогда Азией. Да и преподавали у нас, что в школе, что в институте, историю и географию Востока вскользь. Помимо России, уделяли внимание разве что Европе с Северной Америкой.

Окажись Ли Су Хен гостем из Китая или Японии, ситуация не изменилась бы. Я с легкостью могла найти каждое из этих государств на карте и назвать столицу, а также пару крупных городов и политический строй. Про японцев могла еще припомнить, что мы с ними не раз воевали и… все! С другой стороны, если бы загадочный азиат оказался родом откуда-то из Мьянмы или Малайзии, то о его родине я бы вообще не смогла сказать ничего.

Эх, надо было не только над экскурсионной программой корпеть, а еще немного про Корею почитать, про тамошние нравы и обычаи, чтобы перед заморским гостем впросак не попасть… Хотя, о чем это я? Больше с Ли Су Хеном встречаться не собираюсь, погуляем сегодня и хватит. Но про Азию все равно надо почитать. Негоже иметь такой колоссальный пробел в образовании.

Так за разговором мы незаметно подошли к набережной Москвы-реки. Тут находилось, на мой взгляд, одно из самых впечатляющих столичных сооружений. И был это вовсе не пафосный храм, а построенный более века назад доходный дом.

— А вот это легендарный «Дом-сказка», — я указала на сложенный из красного кирпича и украшенный разноцветной майоликой причудливый терем. — Над эскизами дома трудился автор знаменитой русской матрешки. Обратите внимание на драконов и других фантастических существ, которые украшают фасад здания…

В тусклом свете фонарей дом было толком не рассмотреть, моросящий дождь тоже не улучшал видимость. Сказочный терем сейчас напоминал мрачный готический замок.

— Вот же! Ничего не видно!.. — я расстроенно всплеснула руками и метнулась на другую сторону улицы.

Долю секунды назад проезжая часть была пуста, и для пешеходов приветливо горел зеленый сигнал светофора. И вдруг с набережной на гигантской скорости вырулил белый внедорожник.

Взвизгнули тормоза. Отчаянно взвыл клаксон автомобиля. Меня ослепил яркий свет фар.

И я успела подумать только: «Как мама…»

Неведомая сила выдернула меня из-под колес тяжелого внедорожника. Подхватила. Закружила.

Пришла я в себя на газоне, в добрых пяти метрах от проезжей части. От дороги меня закрывал Ли Су Хен, обе руки парня лежали на моих плечах.

Кореец что-то неразборчиво, но весьма эмоционально прошипел, а затем, видимо, специально для меня, по-русски добавил:

— С ума сошла? Нет, тебе точно жить надоело!

— С-спасибо… — только и смогла выдавить я.

Меня била дрожь, мысли путались. На ногах я стояла с трудом.

— Ходячая катастрофа!.. — проворчал азиат и легко меня оттолкнул.

Подошвы ботинок заскользили по мокрой траве, и я бы растянулась на газоне, если бы кореец не ухватил меня за запястье.

— Лис, ты как? — к нам подбежала Кэт.

— Жить буду, — вздохнула я и подняла взгляд на подругу.

— Ты — будешь! А тот мерзавец — нет! Я его из-под земли достану. Он мне за все ответит! — прошипела девушка.

Тот же самый автомобиль, который чуть не сбил меня, окатил водой из лужи Кэт с ног до головы. Грязные подтеки были на волосах, лице и когда-то белом плаще девушки.

Азиат прищелкнул языком и сказал:

— Вот теперь, пожалуй, самое время свернуть нашу прогулку. Если мои очаровательные спутницы не возражают, я поймаю такси.

Спутницы, которые вовсе не чувствовали себя очаровательными, не возражали. Ли Су Хен быстро нашел такси и расщедрился настолько, что оплатил дорогу до моего дома, а затем с нами распрощался.

Только сидя на заднем сиденье автомобиля, я заметила на тыльной стороне ладони царапину. Выходит, из нашей компании только азиат никак не пострадал. Он даже шляпу во всей этой круговерти умудрился не потерять. И опечаленным, что экскурсия так внезапно прервалась, тоже ничуть не выглядел.

 

 

Ли Су Хен

 

Кореец быстрой тенью скользил по низким и сумрачным коридорам книгохранилища «Ленинки».

Архивы Инквизиции были разбросаны по всему миру. Су Хену потребовалось три года, чтобы вычислить местонахождение одного из них. Найти нужное помещение в московской библиотеке уже особого труда не составило, явной охраны у него и вовсе не было. Оно и понятно, если бы архив днем и ночью сторожил отряд инквизиции, это лишь привлекло бы внимание. Иногда тайное лучше хранить на виду — не прятать в пыльном подвале, а скрыть среди сотен тысяч книг одной из крупнейших библиотек мира.

Разумеется, инквизиторы не оставили архив без защиты. Коридоры книгохранилища находились под неусыпным надзором десятков видеокамер, а сами шкафы с секретными документами скрывало сложное заклинание. Посторонний человек без труда вошел бы в помещение, но вместо архива инквизиции увидел лишь подшивки старых газет.

Ли Су Хен несколько дней ломал голову, как ему добраться до тайного хранилища. Видеокамеры в коридорах его не пугали, другое дело — запечатывающее заклятие…

Несмотря на то, что кумихо не был полноценным магом, знакомый шаман научил его делать талисманы. Для создания традиционных корейских оберегов не требовалось обладать особыми силами. Нужно лишь тщательно подготовить ингредиенты и, соблюдая строгую последовательность действий, с филигранной точностью нанести красной тушью на полосу шелковой бумаги вязь китайских иероглифов. Для каждого случая иероглифы подбирались индивидуально. Иными словами, создание такого рода оберегов являлось делом весьма кропотливым, а результат их использования не всегда получалось предсказать.

С помощью талисмана можно было попытаться взломать заклятие, запечатывающее архив. Но тогда сработала бы сигнализация, и визит команды инквизиторов не заставил себя ждать. Кумихо не хватило бы времени, чтобы осмотреться в  хранилище.

Обмануть заклинание было сложнее и проще одновременно. Проще — потому что Су Хен некоторые время назад раздобыл жетон инквизитора и мог войти в архив как свой. Сложнее — потому что заклятие запоминало ауру каждого посетителя, а значит, не получилось бы сохранить вторжение в тайне. Если бы кореец потерял в библиотеке именную печать, его бы и то не выследили так быстро…

Чтобы обман в полной мере удался, нужно было найти существо, которое можно без сожаления подставить. Не простого человека, а создание, обладающее особой аурой. В такой ситуации отыскать наивную ведьму, которая не ведала собственной силы, — редкостная удача…

Парень не стал выводить из строя видеокамеры в коридорах — сбой системы тут же заметили бы. Он спрятал лицо под маской и двигался так быстро, что камеры не могли его запечатлеть. Лишь при покадровом просмотре видеозаписи можно было увидеть размытую тень.

Отвести глаза, стать невидимкой — проще, но такого рода магия работала только с разумными существами, а не с техникой. Можно изменить внешность, притвориться другим человеком, но зачем попусту тратить силы?..

В зале, где находился сам архив, камер не было. Видимо, Инквизиция не хотела, чтобы люди, которые сидят за мониторами, видели, что происходит внутри, знали, какие книги хранятся здесь на самом деле.

К торцу одного из книжных шкафов он приложил инквизиторский жетон. По уходящему вдаль стеллажу будто прошла волна. На полках вместо пыльных подшивок газет появились всевозможные книги и свитки.

Ли Су Хен вихрем пронесся вдоль стеллажа. Заглянул в одну книгу, вторую, десятую, сотую… Инквизиторы не зря спрятали эти книги. Чего только в хранилище не было: справочники заклинаний и зелий, инструкции по изготовлению артефактов и вызову потусторонних сущностей… Несколько книг ему открыть не удалось, видимо, в них содержались опасные сведения, и потому стояла дополнительная защита.

Кореец закрыл глаза и прошипел ругательство. Похоже, все зря. Очередная его вылазка закончилась неудачей…

В архиве хранились весьма любопытные книги, вот только он искал не древние гримуары, а отчеты о деятельности Инквизиции, которые пролили бы свет на события тринадцатилетней давности. Какие-то указания, что организация представляла собой на самом деле, какова ее структура, где находится штаб-квартира. Кто финансирует Инквизицию, в конце концов… Книг про кумихо и других созданий родом из Восточной Азии тоже не было. В архиве находились исключительно труды на европейских языках.

Он объездил полмира, но так и не приблизился к разгадке тайны. Самая могущественная и закрытая организация свято блюла свои секреты. Информация среди сверхъестественных существ тоже разнилась. Одни боялись и проклинали инквизицию, другие относились как к неизбежному злу, третьи и вовсе уважали… Но никто не спешил делиться с одержимым жаждой мести кумихо ценными сведениями.

Уже не спеша кореец прошелся вдоль книжных полок. Вдруг его взгляд зацепился за название, витиевато выведенное латиницей на одной из обложек — «Самайн. Ритуал обновления». Выглядела книга как этакое старое и, вероятно, рукописное издание — размером с тетрадь, толщиной всего с палец.

Открыть книгу Су Хену не удалось — ее запечатывало неведомое заклятие.

Парень нахмурился, провел пальцами по выпуклой надписи на кожаной обложке. Защищенные заклинанием книги, вероятно, содержали опасные знания. Самайн — древний кельтский праздник, в некотором роде прообраз Хэллоуина. Сведения об особых ритуалах в ночь, когда погибла его семья, кумихо еще не попадались. Вернее, он их раньше не искал…

Немного поколебавшись, Су Хен засунул находку в рюкзак.

Перед тем как покинуть архив, к одному из стеллажей парень приложил талисман. Вонзил нож в центр полоски шелковой бумаги. По оберегу пошла рябь, красные письмена вспыхнули, а потом впитались в торец книжного шкафа.

В чернила, которыми был нарисован талисман, Ли Су Хен добавил каплю крови рыжей библиотекарши — в архиве остался след ауры девушки. Алисе предстояло стать не только ключом к секретам инквизиторов, но и наживкой.

 

 

Босая, по колено в воде, я брела по туману. Одной рукой придерживала полы странного белого одеяния. Ступни шаг за шагом погружались в мутную жижу, в вязкий ил. Я не ведала, куда иду, откуда… знала лишь, стоит становиться, и меня тут же затянет трясина.

Сложно сказать, что было страшнее. Красно-бурый туман, который меня окружал? Или десятки нечеловеческих янтарных глаз, которые недобро взирали на меня из марева?..

Или тишина?.. Ни свиста ветра, ни жужжания комаров, ни кваканья лягушек. Я слышала лишь собственное дыхание, да при каждом шаге плеск воды и чваканье ила — больше ничего.

С тупой обреченностью я шла вперед. Откуда-то знала, что сворачивать, искать другой путь бессмысленно — сколько не барахтайся, от судьбы не убежать.

Иногда клочья тумана расходились, и я видела, что совсем близко, буквально в нескольких шагах от меня, из воды торчат стволы кряжистых засохших деревьев. Но даже мысли не возникало поискать укрытие среди мертвого леса — я знала, именно там таятся обладатели нечеловеческих янтарных глаз.

Сил с каждым шагом оставалось все меньше, но я упрямо продолжала брести вперед.

Вдруг вдалеке завыло неведомое животное. Яростно и неуловимо знакомо… Тут же взволнованно заклокотали желтоглазые твари. Поднялся ветер, в один миг разогнав клочья тумана. Заскрипели деревья, посыпались сухие сучья. С ужасом я поняла, что тварей гораздо больше, чем мне казалось. Разинув рот в немом крике, бросилась бежать. Путаясь в длинном одеянии, проваливаясь с каждым шагом в ил все глубже.

На голову сыпалась какая-то труха, мелкие ветки и листья. Не иначе, как настал последний день Помпеи…

Вновь раздался отчаянный вой.

Pages: 1 2 3 4 5 6